«Я какой-то однолюб»: история баяниста, который 35 лет играет вопреки технологиям и диагнозу

Когда-то баян был почти обязательным участником деревенской свадьбы, а хороший музыкант мог рассчитывать и на признание, и на достойный заработок. Потом появились компьютеры, фонограммы и новые музыкальные увлечения, а тяжелый инструмент постепенно начал уступать им место. Виктор Борель наблюдал за этими переменами не со стороны: музыка стала его профессией еще в молодости и остается ею спустя десятилетия. А в 2026 году вместе с Тамарой Левицкой он представил Гродненскую область на Международном фестивале творчества инвалидов имени Игоря Лученка и стал лауреатом II степени в номинации «Народный вокал».

Баян выбрала компания

Если спросить Виктора Васильевича, почему когда-то он выбрал именно баян, красивой истории о любви к инструменту с первого звука не получится. Он родился и вырос в Свислочи в простой семье. Детство вспоминает как самое обыкновенное: школа, домашнее хозяйство, друзья. Выбор занятий у ребят тогда был гораздо скромнее нынешнего, поэтому однажды компания школьных приятелей решила вместе пойти в музыкальную школу. Так в жизни мальчика и появился инструмент, с которым впоследствии окажется связана практически вся его профессиональная биография.

«Все хлопцы пошли на баян к разным педагогам. Особого выбора у нас не было, но мы им и не мучились», – с улыбкой вспоминает Виктор Борель. В те годы баян был престижным инструментом. Живые ансамбли играли на свадьбах, а музыкантов знали и ценили. Поэтому решение подростков выглядело вполне естественным. О том, что случайный выбор окажется выбором на десятилетия, Виктор тогда, конечно, не задумывался.

После музыкальной школы было Гродненское музыкальное училище. Переезд из небольшого населенного пункта в город сам по себе стал приключением: вместе с товарищем снимали жилье, привыкали к совершенно другой жизни и даже катались на троллейбусах от одного конца маршрута до другого. Просто потому, что все вокруг было новым. После учебы Виктор Васильевич отслужил в армии и вернулся на родину. По диплому он мог преподавать баян в музыкальной школе, но именно педагогическая работа тогда его совсем не привлекала.

Профессия, от которой не получилось уйти

Сначала Виктор Борель устроился в сферу культуры, но примерно через год попал под сокращение. Чтобы не остаться

без работы, пришлось принять предложение музыкальной школы. Там он провел следующие десять лет, хотя со временем окончательно понял: преподавание – не его стихия. Особенно непросто было оттого, что результат педагога зависел не только от него самого: ребенка нужно заинтересовать, подготовить к конкурсу или поступлению, а тот в любой момент мог решить, что больше заниматься не хочет.

К началу нового века менялась и сама музыкальная среда. Баян постепенно терял прежнюю популярность. У детей появлялось все больше альтернатив – от гитары до новых кружков и увлечений. Набирать учеников становилось труднее, особенно в небольшом городе. В 2002 году Виктор Васильевич решил вернуться в культуру уже аккомпаниатором. Параллельно стал работать и звукооператором.

Сегодня общий музыкальный стаж Виктора Бореля насчитывает около 35 лет. За это время наверняка можно было попробовать совершенно другую профессию. Но сам он признается: представить себя вне этой сферы так и не смог. Здесь знакомы люди, мероприятия, особенности работы, здесь накоплен опыт, который невозможно получить за несколько месяцев. «Я какой-то однолюб. Не вижу себя в другой специальности», – признается Виктор Васильевич.

В этой привязанности нет идеализации профессии. Он прекрасно знает ее сложности, видел, как менялось отношение к музыкантам, сам переживал периоды профессионального разочарования. Но, похоже, именно возможность самостоятельно отвечать за результат примирила его с работой окончательно. Сейчас он может услышать мелодию, подобрать ее по слуху, обработать и сделать так, чтобы она зазвучала именно так, как нужно исполнителям.

Когда баян нужен троим на скамейке

Сегодня в городском учреждении культуры баян звучит гораздо реже, чем несколько десятилетий назад. Его заменили компьютеры, фонограммы и флешки. Виктор Васильевич говорит об этом совершенно спокойно – время меняется. Но есть места, где современная аппаратура проигрывает старому инструменту. Это маленькие отдаленные деревни.

Там сотрудники культуры иногда встречают всего двух-трех пожилых жителей. Не нужен большой концертный зал, не нужна мощная аппаратура – достаточно скамейки, нескольких слушателей и знакомой мелодии. Виктор Васильевич берет баян и играет простые песни их молодости. «Аппаратуру мы там не ставим, это шум. А баян им нужен», – объясняет музыкант.

И, пожалуй, именно в таких поездках особенно понятно, почему старый инструмент до сих пор остается частью его жизни. Для нескольких человек знакомая песня оказывается не просто развлечением на полчаса. Она возвращает

время, когда деревня была полна людей, звучала музыка, были молодость, праздники, свадьбы. Получается, что баян, который когда-то Виктор выбрал почти случайно, вслед за школьными друзьями, сегодня помогает возвращать другим их собственные воспоминания.

Песни, в которые когда-то вкладывали жизнь

Самому Виктору Борелю ближе музыка прошлых десятилетий. В молодости достаточно было услышать композицию по радио, чтобы узнать и исполнителя, и саму песню. Сегодняшнюю эстраду с огромным количеством новых имен и псевдонимов он понимает далеко не всегда. Особенно не хватает ему в современных композициях смысла, который он привык искать в музыке.

«Раньше в песню вкладывали жизнь. И слова, и смысл жизни был», – говорит Виктор Васильевич. Ему близки произведения 1970-х годов, народные мелодии, музыка, которую он сам слышал еще ребенком в исполнении живых ансамблей. Многие из этих песен теперь особенно тепло принимают пожилые слушатели. Для музыканта они тоже давно стали частью личной памяти.

При этом назвать одну любимую композицию Виктор Васильевич не может. Профессиональный музыкант далеко не всегда исполняет только то, что выбрал бы для себя: иногда произведение нужно коллективу или его хочет услышать публика. Тогда задача аккомпаниатора – не демонстрировать собственные предпочтения, а сделать номер красивым. «Любое дело нужно делать от души. Если душа не лежит и не делается, тогда нечего и браться», – формулирует он свой принцип.

Первая песня – для брата

За десятилетия в памяти смешались сотни мелодий, но одна история осталась особенно теплой. Когда старший брат Виктора служил в армии, младший только осваивал инструмент. К его возвращению мальчик решил самостоятельно подготовить музыкальный подарок. Интернета тогда, разумеется, не было. Нужные произведения искали в сборниках и книгах, купленных в магазине.

Виктор Васильевич подобрал подходящую по смыслу композицию и старательно ее разучивал. Сегодня он уже не назовет ее своим первым произведением вообще – до этого были обязательные учебные мелодии и упражнения. Но это была, пожалуй, первая песня, которую хотелось сыграть не потому, что задание дал преподаватель. Хотелось сделать приятное близкому человеку.

В этом маленьком воспоминании неожиданно угадывается и его сегодняшнее отношение к профессии. Музыка для Виктора Бореля редко существует сама по себе. Почти всегда на другом ее конце находится человек. Брат, вер нувшийся из армии, пожилые женщины на деревенской скамейке, участники коллектива или зрители в концертном зале. Возможно, поэтому для него важнее не любимая композиция, а то, кому и для чего она сегодня звучит.

Жизнь после нового диагноза

Проблемы со здоровьем серьезнее напомнили о себе после перенесенной коронавирусной инфекции. По словам Виктора Васильевича, осложнения затронули легкие и сердце. Позже потребовались обследования и лечение в кардиоцентре. В 2025 году после очередной госпитализации врачи предложили оформить инвалидность. Причем самого музыканта первоначально встревожило не столько это слово, сколько непонимание того, как теперь изменятся его работа и привычная жизнь.

Особенно беспокоил финансовый вопрос: из-за медицинских ограничений пришлось значительно сократить рабочую нагрузку. Виктор Васильевич поначалу даже не понимал, сможет ли пенсия компенсировать потерянную часть заработка. Постепенно новая система жизни стала понятнее. Появились и ощутимые плюсы, в частности, льгота на необходимые дорогостоящие лекарства. Сейчас о том первоначальном страхе он вспоминает гораздо спокойнее.

«А в остальном я обыкновенный человек. Дома надо все делать, на работе тоже никто не смотрит на твою инвалидность», – говорит Виктор Борель. Для него произошедшее не стало границей, разделившей жизнь на до и после. Он продолжает работать, заниматься музыкой и выполнять привычные домашние дела, лишь учитывая ограничения, которые теперь приходится принимать во внимание.

Когда дома звучат баян и скрипка

Музыка вошла и в семейную историю Виктора Бореля. С будущей супругой он познакомился в музыкальной школе, куда она приехала работать молодым специалистом. Она скрипачка и свою жизнь, как и муж, тоже продолжает связывать с профессией. Так что в этой семье разговоры о музыке давно перестали быть исключительно разговорами о работе.

У супругов двое сыновей. Старший когда-то тоже пошел в музыкальную школу и выбрал баян. В определенный момент хотел бросить занятия, но родители настояли лишь на одном: начатое дело нужно довести до конца. Молодой человек успешно окончил школу и даже получил возможность продолжить профессиональное музыкальное образование, но отказался.

«Он сказал: «Не хочу быть таким, как папа и мама»», – вспоминает Виктор Васильевич. Сын видел не только концерты, но и другую сторону профессии родителей: сложности с набором учеников, постоянную подготовку, постепенно падающий интерес к некоторым инструментам. Родители его выбор приняли. Для Виктора важнее оказалось не передать профессию по наследству, а научить сына завершать то, что он однажды начал.

Однажды, правда, семья все-таки собралась в настоящий домашний ансамбль. Виктор играл на баяне, супруга – на скрипке, а младшему сыну достался бубен, на котором тот до этого с удовольствием играл дома. Семейный номер показали на творческом конкурсе. Спустя годы от него остались фотографии и то самое теплое чувство, которое иногда возвращается, когда Виктор Васильевич их пересматривает.

Дуэт, который начался с простого «давай попробуем»
С Тамарой Левицкой Виктора Бореля тоже свела работа в культуре. Когда она пришла в коллектив, музыкант услышал ее голос, а сама Тамара Ивановна предложила попробовать выступать вместе. Ее особенно привлекало живое звучание баяна. Постепенно случайная идея превратилась в творческий союз, который существует уже много лет.

В этом дуэте каждый отвечает за свою часть работы. Тамара Ивановна ищет новые песни, а Виктор Васильевич помогает понять, подойдет ли произведение ее голосу, при необходимости меняет тональность, дает профессиональные советы. За годы совместных выступлений партнеры научились чувствовать возможности друг друга. И именно этот сложившийся дуэт в итоге получил возможность представить Гродненскую область на Международном фестивале.

Путь в Витебск начался с выступления в Гродно. Сам Виктор Васильевич говорит, что больших планов тогда не строили: попросили выступить – согласились. Когда после отбора поступило предложение отправиться дальше, оно стало неожиданностью. Но раз появилась возможность, решили продолжить.

Награда, которой не ждали

На Международном фестивале творчества инвалидов имени Игоря Лученка «Витебск-2026» Тамара Левицкая и Виктор Борель стали лауреатами II степени в номинации «Народный вокал». Однако Виктор Васильевич рассказывает об этом совсем не так, как обычно рассказывают о конкурсной победе. Ни уверенности в собственном превосходстве, ни ожидания награды у него не было. Скорее наоборот: уровень исполнения и жизненные обстоятельства некоторых участников заставили его сомневаться, что их дуэт вообще должен оказаться среди лауреатов.

Особенно сильное впечатление произвели исполнители с серьезными ограничениями зрения и движения. Виктор Васильевич признается: рядом с ними собственная ситуация воспринималась совсем иначе. Поэтому после своего выступления они с Тамарой Ивановной спокойно вернулись в общежитие, считая задачу выполненной. Новость о попадании в гала-концерт и награде застала их врасплох.

Виктор Борель не скрывает и своего неоднозначного отношения к результатам подобных конкурсов. Ему кажется важным, чтобы возможность показать себя получало большее количество разных участников, а организаторы учитывали, насколько неодинаковы возможности конкурсантов. Это мнение можно обсуждать, с ним можно соглашаться или спорить, но в его рассказе оно звучит искренне. Собственный диплом он воспринимает не как доказательство превосходства над другими, а скорее, как неожиданное признание работы, которую они с Тамарой Ивановной просто старались выполнить хорошо.

Возможно, поэтому фестивальная награда и не стала для него точкой, после которой жизнь резко изменилась. Вернувшись домой, Виктор Васильевич снова занялся привычной работой. Остались мероприятия, поездки, новые песни и тот самый баян. Международная сцена стала ярким эпизодом, но не финалом истории.

Пока есть кому слушать

За десятилетия Виктор Борель успел увидеть почти целую эпоху перемен в музыкальной культуре. Баян, который в его школьные годы считался престижным инструментом, сегодня приходится буквально заново открывать молодой аудитории. Живые ансамбли уступили место фонограммам. Песни теперь хранятся не в нотных сборниках, а в телефонах и интернете. Но сам смысл его работы, кажется, изменился гораздо меньше.

По-прежнему где-то есть человек, которому хочется услышать знакомую мелодию. Иногда ради него не нужны ни большой зал, ни конкурсное жюри, ни диплом. Достаточно приехать в маленькую деревню, где на скамейке ждут несколько пожилых слушателей, раскрыть тяжелый баян и сыграть песню их молодости. И пока кому-то от первых знакомых нот становится теплее, инструмент, однажды почти случайно выбранный компанией свислочских мальчишек, все еще оказывается на своем месте.

Текст: Анастасия Прокопенко

Фото редакции газеты «Вместе!»

Новости из жизни белорусов с инвалидностью в нашем Telegram-канале. Подписывайтесь!