Александр Бурак остался один в опустевшей деревне: «здесь жил весь мой род»

Александр Бурак – единственный житель деревни Новые Зимодры под Вилейкой. Здесь он прожил почти всю жизнь. С толикой юмора называет себя «шерифом». Даже хату деда, которая осталась по наследству, обозначил белорусским гербом, чтобы наверняка.

Съездили в деревню, где еще полвека назад люди рождались, женились, строили дома и сажали деревья. А теперь в местечке, затерявшемся среди гектаров лесов и полей, осиротевшие дома и звенящая тишина.

Один на всю деревню

От Минска до Новых Зимодр чуть больше 100 километров. А в километре отсюда – агрогородок Любань. Когда-то здесь было поместье, где жил помещик Александр Любанский. Щедрый помещик подарил в те времена Вилейке лесопильный завод (ныне «Стройдетали»). А еще отдал свою землю в центре города, где построили Крестовоздвиженский костёл.

Новые Зимодры, если верить местной легенде, появились на карте района не без участия пана Любанского: до отмены крепостного права он переселил некоторых слуг и крестьян с имения в Любани на менее плодородные («неблагоприятные») участки внутри своих обширных владений. Вот и обжились люди неподалеку – в Новых Зимодрах да на Островах.

До деревни нас ведет обычная грунтовая дорога. Главное – не перепутать Новые Зимодры с деревней-тезкой, потому что буквально в нескольких километрах отсюда есть просто Зимодры, и они в составе Куренецкого сельсовета.

– Ой, часто путают: едут то коня купить, то картошку. А потом оказывается, что не в те Зимодры заехали. Еще и дорожники-грамотеи на знаке написали просто «Зимодры», – рассказывает последний коренной житель деревни Александр Леонидович Бурак. Добавляет, что деревню, где всего 10 хат, основали Бураки.

– Николай Бурак – моего деда родной брат. Степан Бурак, Иван… – перечисляет представителей рода Александр.

На этой земле жил его дед и прадед. Здесь родился и его отец. Это местечко и раньше назвать деревней было с натяжкой. Скорее, большой хутор. На въезде стоит огромный валун с таб­личкой: «Дата основания – 1865 год». То есть деревне 160 лет. Леонидович рассказывает, что валун откопали, когда пахали поле. А потом некто дачник Женя, который тут восстанавливает хату деда, пригнал из Минска «здоровый “Амкадор”» и поднял камень.

В историко-документальной хронике городов и районов Беларуси значится 1558 год, и название у деревни было Юховичи. Новыми Зимодрами она стала в начале 19 века и изначально принадлежала русскому военачальнику, участнику Русско-турецкой войны и военных походов 1799 и 1805 годов, генерал-майору Берхману, основавшему Геленджик в Краснодарском крае России. Любопытно, что Зимодра – дохристианское имя, образованное от сочетания существительных «зима и дрова». В открытых источниках говорится, что среди популярных фамилий в мире, которых больше трех миллионов, 39 человек носят такую фамилию, и живут они в России. Впервые такая фамилия была зарегистрирована в 1834 году. Были ли в деревне Зимодры, однозначно сказать сложно. Зато Бураков – целый род.

Леонидович добавляет, что зимует в Зимодрах. Один.

– Нормально зимую. В город не хочу, да и «смерть пенсионера» не кину (мотоблок. – Прим. авт.), – смеется. – В этом году снега было чуть не до крыши. Звонил в сельсовет, просил почистить. Юлька наша молодец (председатель Любанского сельисполкома Юлия Оленцевич. – Прим. авт.). Быстро решает вопросы, – хвалит председателя наш собеседник и добавляет, что автобусы в деревню не заезжают. Раз в неделю в деревню приходит автолавка. Вот и вся связь с «большой землей». Вокруг леса и поля, там вовсю хозяйничают косули да олени. Но в вёску, замечает Леонидович, носа не показывают.

Дом «шерифа»

Мы идем по единственной в деревне улице. У ног трется собака Ася. За забором соседней хаты показалась дама с ведрами. Новые Зимодры облюбовали дачники из столицы. Оказались инициативными: подняли на столб колесо, чтобы аисты поселились. Птицы два года присматривались и таки согласились тут обжиться.

В разговоре Леонидович ностальгирует, как в детстве пас коров и бегал с пацанами на речку Шабениху, которую «уничтожила мелиорация».

– Я хоть и родился в Любани, а пропадал в Зимодрах. Тянет сюда душой. Здесь весь мой род жил. Моя хата от деда осталась. Он сапожником был, а брат столяром. Окна и двери делал. Вот и ходили в Новые Зимодры со всей округи: то за дверями, то за сапогами. Тетушки хотели продать хату, а мы с дядькой не дали. Сначала он жил, потом я. Дядя сказал: «Пусть Саше дача останется», – уточняет Александр Бурак и приглашает в свои владения. На доме замечаем деревянный герб. Заказал у мастера.

– На случай, если кто-то в деревню пожалует, чтобы видели, где живет «шериф», – бросает Леонидович и расплывается в улыбке. В хате с низкими потолками и печкой идеальный порядок. Леонидович угощает кофе и рассказывает, что биография у него земная: закончил десятилетку в Любани, а потом пошел добывать на хлеб в местном совхозе. После армии подался на славутый в СССР завод «Зенит». Говорит, дела на предприятии шли неплохо, «пока не распался Союз».

– Почти всю жизнь я работал электриком. Но пришлось покочевать. Устраивался туда, где больше платили. На пенсию уходил с фирмы, на роботизированной линии работал. А потом заболел. Сделали операцию, дали группу инвалидности, – откровенничает последний коренной житель Новых Зимодр.

В дедовой хате Александр хозяйничает с супругой Еленой. С разговора о буднях переходим на философию.

– Легко никогда не было. Но в этом и интерес, – заявил вдруг Леонидович. – Я и на вышках связи висел, пока здоровье было. Хочу сказать, что и от начальства много зависит. А если «я начальник – ты дурак», то сложно работать. Когда молодой был, пришел на работу, а мне книгу под нос: читай, учись в схемах разбираться. А сейчас молодежь другая, хотят все и сразу. И женятся как? Не спешат. Понимаю, что время другое. Я вот с одной всю жизнь, – показывает на Елену Ренатовну.

– Леонидович, а как прожить всю жизнь с одной женщиной? – спрашиваем с иронией.

– Обычно! Уступать, промолчать. Я вам скажу, что с католичкой надо уметь прожить! – парирует хозяин.

– Очень тяжело, – иронично заявляет жена Александра. И оба заливаются от смеха. – Философия элементарна: муж и жена – два чужих человека. И вот они женятся. У него свой характер, у меня свой. И понятно, что идеально не будет. Не может быть. У нас были другие ценности. Я вышла замуж. Повенчались. И это на всю жизнь.

На дворе почти лето. Отдушина семьи Бураков – земля. Цветы, картошка, теп­лица с помидорами и баня. Елена Ренатовна ведет нас в огород показать ноу-хау.

 – В ТикТоке высмотрели, как собрать хороший урожай картошки. Так вот, посадить ее надо в ящики. Посмотрим, что выйдет, – с оптимизмом заявила хозяйка. Говорит, эксперименты в садово-огородных делах они приветствуют. Последний был с арбузами. Бураки умудрялись вырастить ягоду весом в 6 кило.

В глубине двора замечаем гигантский дуб. Обхватить великана и трех пар рук не хватит. Леонидович периодически ходит к родовому дереву за энергией. Говорит: кто хочет жить ладно, пусть к великану на поклон приезжает.

Текст: Юлия Лебедева
Фото автора

Новости из жизни белорусов с инвалидностью в нашем Telegram-канале. Подписывайтесь!