«Инвалид – это тот, кто ничего не делает». Музыкальный путь регента, пианиста и звонаря с инвалидностью Глеба Воронцова

Витебск – город, где музыка живет в камнях старых улиц, в куполах церквей, в воздухе над Двиной. Именно здесь вырос Глеб Воронцов – регент церковного хора Свято-Троицкого Маркова монастыря, пианист, автор музыки, лауреат республиканских и международных конкурсов. Человек, которому судьба не раз меняла партитуру. Но он каждый раз находил свою тональность и продолжал петь. Мы поговорили с Глебом о детстве, болезни, вере и о том, почему настоящее преодоление – это не борьба с обстоятельствами, а умение жить вопреки им.

Семь лет – и уже навсегда

Глеб Воронцов родился и вырос в Витебске. Детство его было тихим, немного замедленным. Он сам говорит об этом без горечи, просто как о факте биографии. Мальчик рос вялым, медлительным, с памятью, которая порой давала сбои. Но никто вокруг не понимал, почему. Только спустя восемнадцать лет выяснится: виной всему щитовидная железа, которая с самых первых лет работала вполсилы. Организм рос без нужного количества гормонов, и это накладывало свой отпечаток на все: на темп мышления, на самочувствие, на восприятие мира.

Несмотря на это, а может быть, именно вопреки этому, мальчик тянулся к красивому. В семь лет мама привела его на концерт пианистов в музыкальную школу искусств № 1. Что-то случилось в тот вечер, что-то, что не поддается рациональному объяснению, но хорошо знакомо каждому, кто хоть раз испытал настоящее потрясение от музыки. «Мама, можно на следующий год я поступлю на пианино?» – спросил он, выходя из зала. Мама сказала: давай, попробуй. И он попробовал. И с этого момента музыка стала не увле­чением, а осью, вокруг которой выстраивалась вся его жизнь.

На вступительном экзамене в музыкальную школу педагоги оценили не только желание. Они услышали голос. Сильный, выразительный, неожиданно зрелый для восьмилетнего мальчика. «У тебя хороший голос, – сказали ему. – Тебе в хоровое». Так вместо фортепианного отделения он попал на хоровое. С фортепиано в придачу. Это решение, принятое другими, оказалось, пожалуй, самым точным из всех, что были приняты в его жизни. Следующие семь лет Глеб учился в двух школах одновременно – общеобразовательной и музыкальной. Переезжал с семьей, осваивал новые районы города, менял классы и учителей. Но музыку не бросал никогда.

Первым его педагогом стал Виталий Александрович Раузо – человек-легенда в витебском музыкальном мире, основатель городского молодежного хора «Витязи». Это был учитель в самом высоком смысле слова: он не просто давал ноты, он передавал понимание хора как живого организма, в котором каждый голос незаменим. «Я учился у него слышать не себя, а всех сразу», – вспоминает Глеб. Урок, который останется с ним на всю жизнь и который он сам теперь передает тем, кем руководит. В 2006 году после девяти классов Глеб поступил в Государственное музыкальное училище имени И.И. Соллертинского. Был принят с первого раза. Главным наставником стал уже сын его первого педагога – Александр Виталье­вич Раузо, который учил его дирижированию все четыре года. Преемственность, вписанная в саму ткань судьбы.

Диагноз, который опоздал

На втором курсе училища тело дало первый серьезный сбой. «Мне как-то стало не по себе. И бабушка настояла: проверь щитовидку». Эндокринологический диспансер. Анализы крови. УЗИ. Узел в перешейке щитовидной железы. Диагноз – гипотиреоз. И тихое, почти обыденное заключение врача, прозвучавшее как приговор прошлому: «Это надо было поставить еще в детстве». Организм уже был сформирован. Поезд ушел. Началась гормональная терапия, которая с тех пор стала частью повседневного ритуала, так же, как утренний кофе или вечерняя молитва.

В 2010 году Глеб окончил музыкальное училище. Сдал выпускные экзамены, мечтал о консерватории, строил планы. Но болезнь распорядилась иначе. Он попал в больницу, получил 2-ю группу инвалидности. Нерабочую, временно. Для молодого человека с дипломом в руках и музыкой в голове это был удар. Не нокаут, но настоящий удар, который мог бы сломить. Он оказался в социальном центре для инвалидов. Именно там, в той неловкой тишине чужого пространства, и был задан вопрос, который изменил все. «Если у меня нерабочая группа, это что же, лежать дома, как бревно? – размышлял он. – Или все-таки можно что-то делать?» Ответ на этот вопрос он искал не в книгах. Он искал его в жизни.

Судьба подбросила подсказку в виде маминого знакомого Анатолия Кирилловича, певчего Успенского храма. Тот привел Глеба на клирос. «Отсюда мне открылась совсем другая история», – говорит Глеб сегодня. И в этой фразе нет пафоса. Только тихая благодарность за случай, который оказался судьбой. Сначала просто пел. Потом стал редактировать ноты для хора. Потом брал на себя все больше и больше, пока однажды не оказалось, что он уже фактически руководит тем, что поет.

В 2013 году Глеб поступил на регентское отделение Витебской духовной семинарии. Музыкальные предметы зачли автоматически, база была серь­езной. А вот православное богословие пришлось осваи­вать заочно: к тому времени он уже нес клиросное послушание в храме, фактически работал. Учеба, служение, болезнь – все это существовало одновременно, переплетаясь в один напряженный, но насыщенный ритм. В 2016-м – диплом регента. В 2017-м – официальное трудоустройство в Свято-Троицком Марковом монастыре, куда хор перевели по благословению Владыки Димитрия: для монастыря должен быть свой монастырский хор. С тех пор это его работа, его призвание и его молитва одновременно.

Сцена как продолжение молитвы

Регент – это не просто певец и не просто дирижер. Это человек, который слышит каждый голос в хоре, выстраивает звучание из множества разных тембров, держит ансамбль и одновременно сам является его частью. «Там, где я работаю, – православная среда, – говорит Глеб. – Вера в Бога – это и самовоспитание, и самообразование. Как говорится, без Бога не до порога. Трудишься над собой, значит, трудишься и над другими». Именно в этой взаимосвязи – между внутренней работой и внешним служением – и заключается, по его словам, главный секрет того, что он называет просто: не сдаваться.

Параллельно с церковной работой Глеб не оставлял светскую творческую жизнь. В разные годы он выступал на фес­тивале «Голоса Отечества». В составе трио они исполняли песню «Позови меня тихо по имени». Участвовал в межобластных и республиканских конкурсах, пробовал разные жанры и форматы. В июле 2025 года вышел на площадку «Славянского базара» – в сопутствующем мероприятии Международного фестиваля искусств «Витязь-2025». В дуэте с Людмилой Казаковой они исполнили патриотическую песню «Вместе» на слова и музыку Александра Еловских, тихую, но весомую вещь о единстве. «Это была пробная попытка, – говорит Глеб спокойно. – Конкуренция была высокой. Получилось так, как получилось. Но я не расстроился: ценность выступления не только в награде».

Ноябрь 2025-го принес сразу два важных события. 27 ноября на межобластном фестивале «Поверь в себя» в Могилёве Глеб читал стихотворение Семена Гудзенко «Нас не нужно жалеть» – военное, написанное в 1943 году. Занял первое место. На стихи Гудзенко когда-то была написана песня, но Глеб выбрал именно декламацию: живое слово, без музыкального прикрытия, один на один с залом. На следующий день, уже в Витебске, на фестивале «Время сильных» в филармонии он исполнил свое авторское произведение для фортепиано и занял второе место. Два дня, два города, два пьедестала. «Жалею только об одном, – смеется он. – На том инструменте расстояние между клавишами было немного другим. Непривычно. Но справился».

Среди наград, которые Глеб особенно бережет, – диплом I степени Международного фестиваля творчества инвалидов имени И.М. Лученка «Витебск – 2022». Тогда он в составе Витебской ОО ОО «БелОИ», членом которой является, выступил в номинации эстрадного вокала и получил высшую оценку жюри. «Этот диплом стоит у меня на пианино. И я смотрю на него каждый день, – говорит он. – Не как на трофей. Это как напоминание себе, что двигаться вперед стоит». Председатель жюри фестиваля, председатель Совета композиторов Республики Беларусь Елена Викторовна Атрашкевич лично подписала диплом. Для Глеба это было не просто признанием голоса. Это было признанием пути.

В ноябре 2024 года Глеб стал гостем телевизионной программы «Добрый вечер» – одной из самых теплых и узнаваемых передач белорусского эфира. На съемки он пришел вместе с мамой – человеком, который когда-то привел его за руку в музыкальную школу и с тех пор остается рядом на каждом важном витке его жизни. В эфире он исполнил «Слуцкія ткачыхі» и «Как молоды мы были». Зал принял его тепло. Но, пожалуй, самым запоминающимся моментом стало другое: прямо в студии у всех на глазах ему проверили абсолютный слух. «Там у всех на глазах проверили мой абсолютный слух», – говорит он с нескрываемым удовольствием. Редкий дар, который природа вложила в него с рождения и который никакая болезнь не смогла отнять.

Колокол зовет – и ты идешь

Осенью 2025 года Глеб сделал очередной неожиданный шаг: поступил на отделение кампанологии и колокольного звона Витебской духовной семинарии. Кампанология – наука о колоколах, древнее искусство звонаря, требующее особого слуха, чувства ритма и понимания пространства. 23 мая он сдает выпускной экзамен. Человек, который в восемь лет пришел в музыкальную школу ради пианино, теперь осваивает язык бронзы и неба. Это не случайность. Это логика жизни, в которой каждый следующий шаг вырастает из предыдущего, как голос из тишины.

«Забыл добавить: осенью прошлого года я поступил на кампанологию и колокольный звон, – написал он уже после нашего разговора, словно речь шла о чем-то обыденном. – 23 мая сдаю выпускной экзамен на звонаря». В этой лаконичности весь Глеб. Он не делает из своих достижений события. Он просто продолжает идти. Регент, пианист, автор музыки, декламатор военных стихов, теперь еще и звонарь. Список, который у другого человека занял бы несколько жизней, у него умещается в одну, не самую легкую.

Когда спрашиваешь его о том, что дает силы не останавливаться, он говорит сначала о вере, просто, без украшений. «Только Господь дает силы преодолевать препятствия, – говорит он. – А сами препятствия я научился воспринимать как гантели: они не легкие, но они настоящие. И они делают тебя сильнее». Потом о музыке. О пианино, которое всегда рядом. О хоре, который ждет каждую службу. О стихах, которые он учит наизусть не для конкурсов, а для себя. «Мозг работает только по одному принципу, – добавляет он. – Или тренируй его, или прощайся с ним».

Однажды на одном из праздничных вечеров в социальном центре он увидел человека без рук и без ног. Тот держал кисть зубами, макал в краску – и рисовал. И занял первое место. «Я был просто потрясен, – вспоминает Глеб. – Это перевернуло что-то во мне. Я понял: даже если тебя прихватило, даже если кажется, что все против тебя, надо жить. Хотя бы пытаться что-то изменить». Тогдашний руководитель театрально-музыкальной студии ТЦСОН Первомайского района Витебска Василий Витальевич Руденко произнес фразу, которую Глеб запомнил навсегда: «Инвалид – это не тот, у кого проблемы со здоровьем. Инвалид – это тот, кто ничего не делает». С тех пор эти слова живут в нем как камертон. Как точка отсчета. Как ответ на любой вопрос о том, зачем.

Глеб Воронцов – человек, чья жизнь могла бы стать историей о том, как болезнь ломает планы. Но она стала историей о том, как человек находит себя именно там, где планы рассыпались. Регент монастырского хора, лауреат фестивалей, автор фортепианной музыки, чтец военной поэзии, будущий звонарь – все это один человек, живущий в Витебске, платящий налоги, несущий послушание и, кажется, совершенно не собирающийся останавливаться. Музыка, вера, труд – вот три опоры, на которых держится его мир. И пока они есть, никакой диагноз не имеет последнего слова.

Текст: Анастасия Прокопенко
Фото редакции газеты «Вместе!» и из архива Глеба Воронцова