«Если хочется, надо идти и пробовать»: как музыка для слабовидящего Эдуарда Пищика стала судьбой

В жизни Эдуарда Николаевича Пищика музыка появилась не как случайное увлечение, а как внутренняя опора, которая с годами стала и профессией, и способом говорить с миром. Родом из небольшой деревни Сушитница Малоритского района, он с детства жил с нарушением зрения, учился в специальной школе. Парень рано вышел на сцену и с юных лет понял, что голос может вести человека дальше любых сомнений. Его путь не был прямым и легким. Были страхи, отказы, трудности в учебе, необходимость заново доказывать свои способности. Но именно этот путь и сделал его тем, кем он является сегодня – музыкантом, педагогом, звукорежиссером, человеком, который не ушел в тень, а нашел свое место в творчестве. История Эдуарда Пищика – это рассказ о таланте, упорстве и о тихой, но очень сильной победе над собственными ограничениями.

Там, где песня начинается раньше страха

Эдуард Николаевич родился в Брестской области, в Малоритском районе, в деревне Сушитница. С самого детства он жил с серьезным нарушением зрения, и потому его школьные годы проходили в специальной школе в Жабинке, где учились дети с похожими особенностями. Но именно там, среди привычных для него обстоятельств, начала раскрываться та часть его личности, которая позже определит всю дальнейшую судьбу. Практически с начальных классов он стал участвовать в школьной самодеятельности, а педагоги быстро услышали в нем природные музыкальные данные. Голос мальчика оказался не просто хорошим. Он запоминался, цеплял и выделялся даже среди других талантливых детей.

Одним из самых ярких воспоминаний детства для него осталось выступление в третьем классе, когда он солировал в хоре с песней «Сигнальщики-горнисты». Это был не просто школьный номер, а настоящее первое серьезное сценическое переживание, когда весь хор подхватывал припевы, а он держал на себе внимание зала. «Конечно, было волнение, – вспоминает Эдуард Николаевич, – но оно не мешало, а скорее собирало, заставляло быть внимательнее к каж­дому звуку». Именно тогда он почувствовал, что сцена не отталкивает его, а, наоборот, принимает. И хотя в памяти не сохранились все подробности, само ощущение признания осталось с ним на долгие годы.

После этого выступления мальчика приглашали поступать в музыкальную школу. Однако тогда он не решился сделать этот шаг, потому что страх оказался сильнее внутреннего порыва. Его пугала не музыка, а необходимость одному передвигаться по городу, пусть даже небольшому, и тревога о том, как воспримут его другие дети. «Сейчас я понимаю, что боялся не учебы, а отношения к себе. Боялся оказаться чужим среди тех, кто видит мир иначе», – признается он.

Тем не менее отказ от музыкальной школы не стал отказом от музыки. Она продолжала жить рядом – в хоре, в школьных мероприятиях, в фестивалях, в постоянной внутренней тяге к песне и сцене. Позже Эдуард Николаевич не раз вспоминал, что взрослые тогда предупреждали его: возможно, он еще пожалеет о своем решении. Но жизнь сложилась так, что к музыке он все равно вернулся, только уже другим путем, более трудным, зато по-настоящему осознанным. И потому сегодня он говорит об этом без сожаления: главное не то, как быстро человек приходит к своей дороге, а то, что однажды все-таки решается по ней идти.

Рискнуть и не пожалеть

Мысль о том, чтобы связать с музыкой не только увлечение, но и профессию, пришла к нему не сразу. В старших классах перед ним, как и перед многими молодыми людьми, стоял вопрос выбора будущего. И этот выбор казался особенно сложным. С одной стороны, было очевидное желание заниматься творчеством, с другой – понимание, что отсутствие музыкальной школы и особенности зрения могут стать серьезным барьером. «Мне всегда этого хотелось, но я долго думал, что, наверное, это слишком сложно и, возможно, не для меня», – говорит Эдуард Николаевич. Однако именно в тот момент, когда сомнений было особенно много, в нем и созрела решимость попробовать.

Первая попытка поступления была связана с университетом культуры, где он хотел учиться на менеджменте в социокультурной сфере. Тогда поступить не получилось. Неудача не стала точкой, после которой хотелось опустить руки. Напротив, рядом оказались люди, которые помогли не отказаться от идеи и искать другой путь. Сначала рассматривался вариант с Гродно, где раньше учился его двоюродный брат, тоже связанный с музыкой. Но там Эдуарду Николаевичу отказали, сославшись на то, что он не сможет читать с листа. Это решение могло бы надолго отбить желание бороться дальше. Вместо этого он поехал в Минск и там получил тот самый шанс, который бывает в жизни не у каждого.

В Минском училище искусств с ним все-таки согласились попробовать. Разговор с директором не сопровождался громкими обещаниями. Скорее, это было спокойное решение дать человеку возможность показать себя. И Эдуард Николаевич этой возможностью воспользовался сполна. «Мы тогда решили: если уж пробовать, то до конца, а если не получится, значит, будем думать дальше, но не раньше», – вспоминает он.

Именно так он стал, по его словам, одним из первых студентов музыкального училища с особенностями зрения, которому удалось не только поступить, но и окончить его с отличием. Этот факт важен не ради красивой детали в биографии, а потому, что за ним стоит огромная внутренняя работа. Приходилось преодолевать не только учебные трудности, но и привычные представления о том, что человек с нарушением зрения якобы не сможет освоить столь сложную специальность. Однако Эдуард Николаевич своим примером показал обратное. Он рискнул. И не пожалел.

Учеба на равных

Минск стал для него не просто городом учебы, а пространством серьезной жизненной проверки. Большой город сам по себе требовал привыкания, а человеку с нарушением зрения приходилось преодолевать еще и бытовые, и пространственные сложности, которые зрячему человеку могут показаться незаметными. Сначала он приехал вместе с мамой, чтобы найти жилье. Это решение оказалось очень важным. Хозяйка квартиры, где он поселился, помогала с самыми обычными, но необходимыми вещами: приготовить еду, разобраться в быту, почувствовать себя не потерянным в новой среде. «Без людей рядом, конечно, было бы намного тяжелее. Я это всегда помню», – говорит он.

Не сразу просто сложились и отношения в группе. Бывшие школьники, с которыми он начинал учиться, не всегда понимали, как правильно общаться с человеком, который плохо видит, чего от него ждать и на что он способен. Поначалу это чувствовалось в осторожности, в некоторой дистанции, в естественной, но все же ощутимой настороженности. Однако постепенно ситуация менялась. И менялась она не благодаря жалости, а благодаря уважению. Как только Эдуард Николаевич начал показывать уровень подготовки, способность слышать, понимать, выполнять задания и не отставать, отношение окружающих стало другим.

Он вспоминает, как шаг за шагом осваивал даже то, что сначала казалось особенно трудным. Приходилось учиться записывать, ориентироваться в учебных требованиях, справляться с диктантами, сольфеджио, теорией музыки. Но именно здесь стало очевидно, что хороший слух, музыкальная память и настойчивость могут многое компенсировать. «Когда одногруппники увидели, что я могу написать диктант, разобраться в материале, помочь по слуховым дисциплинам, для них это тоже стало открытием», – рассказывает он. Так постепенно не­уверенное знакомство переросло в настоящее товарищество.

Позже он почувствовал себя уже не просто принятым, а равным среди равных. Появились друзья не только в своей группе, но и среди студентов других отделений. Возникло живое общение, шутки, совместные поездки по городу. Он с улыбкой вспоминает, как некоторые даже пользовались его правом на бесплатный проезд с сопровождающим, превращая это в добрую студенческую шутку. Но за этой легкостью стояло главное: адаптация состоялась, барьеры были пройдены, а внутреннее одиночество уступило место уверенности. Именно так рождалось чувство, что он действительно на своем месте.

От хора к профессии

После колледжа путь продолжился в университете культуры. Там учиться было уже заметно легче. Во-первых, к этому времени у Эдуарда Николаевича уже была серьезная музыкальная база, а во-вторых, он сам стал гораздо увереннее в себе. Учеба проходила заочно, параллельно с работой. И это тоже задавало совсем другой ритм жизни. В университет он пришел уже не растерянным юношей, а человеком, который знает цену собственным усилиям и умеет организовывать себя. «После колледжа было проще, потому что уже была профессиональная основа и понимание, как именно мне двигаться дальше», – отмечает он.

Если в начале студенческого пути приходилось доказывать, что он может быть наравне с другими, то в университете такого напряжения уже не возникало. Люди там были взрос­лее, а атмосфера – спокойнее и естественнее. Общий язык с однокурсниками нашелся быстро, без лишних объяснений и неловкости. Помощь снова была взаимной: кто-то подсказывал ему, а он, в свою очередь, поддерживал других там, где особенно важны были слух, музыкальная интуиция и опыт. В 2004 году он окончил университет, окончательно утвердив для себя право на профессию, к которой когда-то боялся даже приблизиться.

Полученные специальности звучат основательно и красиво, но за официальными формулировками стоит очень живая работа. В колледже он получил квалификацию руководителя народного самодеятельного хора и организатора культурно-досуговой деятельности. В университете – руководителя народного хора и преподавателя специальных дисциплин. Это не просто дипломы, а широкая профессиональная база, которая включает дирижирование, вокал, музыкально-теоретические предметы и педагогическую составляющую. По сути, он выбрал профессию, где одновременно нужно быть и артистом, и наставником, и организатором.

Именно поэтому его совет тем, кто только задумывается о подобном пути, звучит особенно весомо. Он не обещает, что все будет легко, и не украшает действительность слишком красивыми словами. Но говорит очень ясно: бояться не нужно, если есть желание и способности. «Если человеку по-настоящему хочется, надо идти и пробовать, потому что обязательно найдутся люди, которые помогут, подскажут и поддержат», – убежден Эдуард Николаевич. За этими словами стоит личный опыт человека, который не выбрал удобную дорогу, но все-таки дошел до своей цели.

Брест, дети и работа за сценой

Сегодня жизнь Эдуарда Николаевича связана с Брестом, где он живет уже четверть века. За это время у него было несколько мест работы и немало разных профессиональных ролей. Вначале он трудился в системе БелТИЗ, где существовали различные структуры, в том числе культурно-реабилитационные. Благодаря одному из таких учреждений ему помогли с жильем, и это стало важной точкой опоры в городской жизни. Постепенно Брест стал для него не просто местом работы, а настоящим домом.

Сейчас он занят сразу в нескольких направлениях. Основная его работа связана с санаторной школой-интернатом, где учатся дети с заболеваниями позвоночника, в том числе со сколиозом. Кроме того, он подрабатывает в городском многопрофильном центре детей и молодежи, участвует в культурных проектах, помогает коллективам, выезжает на выступления, сотрудничает со школой, где когда-то сам учился. С сентября 2025 года Эдуард Николаевич стал солистом Брестской областной филармонии, что стало важным этапом в его профессиональном пути и признанием его творческого уровня. Его профессиональная жизнь не укладывается в одну должность, потому что он давно умеет быть полезным в самых разных творческих ситуациях.

При этом сам он признается, что работа непосредственно с детьми сегодня дается не всегда просто. Время меняется, и вместе с ним меняется мотивация ребят, которых все труднее увлечь репетициями, живым исполнением, общим делом. Нужно постоянно объяснять, зачем нужны сцена, коллектив, участие, ответственность, почему важно не только сидеть в гаджетах, но и учиться быть среди людей. «Школа – это ведь не только знания. Это еще и умение взаимодействовать, быть частью общего дела, чувствовать ответственность перед другими», – рассуждает он. И в этих словах слышится не усталость, а профессиональная честность человека, который видит реальность без прикрас.

В последние годы ему все ближе техническая сторона музыкального процесса. Эдуард Николаевич серьезно увлекся звукорежиссурой и сегодня получает особое удовольствие от работы с фонограммами, озвучиванием, записью, монтажом, подбором музыкального материала. Он помогает хореографам: подбирает и склеивает фрагменты, делает закадровые ролики, выстраивает звуковую ткань мероприятий. «Сам репетиционный процесс бывает выматывающим, а вот работа со звуком меня по-настоящему увлекает», – говорит он. Возможно, именно в этом и проявляется его редкое умение не только быть на сцене, но и создавать ту невидимую основу, без которой сцена не зазвучит.

Дуэт, который услышали

Отдельной страницей в его творческой биографии стал дуэт с Алесей Борисюк. Их знакомство произошло на дне рождения общего знакомого. Сначала общение было связано скорее со звукорежиссерской работой. Алеся пишет стихи, занимается литературным творчеством. Задумывалась она и о записи своих стихов в аудио­варианте в собственном исполнении, о новых формах самовыражения. Постепенно возникла идея попробовать петь вместе. И этот опыт оказался неожиданно удачным. Так обычное творческое знакомство выросло в дуэт, который со временем начал собирать слушателей и получать теплый отклик.

По словам Эдуарда Николаевича, сначала все складывалось довольно естественно. Они попробовали двухголосие, сделали несколько концертов в городе, увидели, что людям это действительно нравится. Их песни – душевные, спокойные, лирические – находят путь к слушателю не столько техникой, сколько искренностью. «Мы поняли, что людям это заходит: после концертов многие подходили, подпевали, вспоминали песни. А это, наверное, и есть самый честный знак, что музыка состоялась», – говорит он.

Особенно важным этапом стало участие в Международном фестивале творчества инвалидов им. Игоря Лученка в Витебске. В 2025 году для него это был первый такой фестиваль, и в эту историю он вошел уже вместе с Алесей. Поводом послужило знакомство с деятельностью Брестской ОО ОО «БелОИ» и приглашение попробовать свои силы на областном этапе. Они вступили в организацию, выступили, а затем попали и на республиканский уровень, где ощутили атмосферу большого творческого праздника.

Авторская песня, которую дуэт представил в конкурсной программе, родилась из очень естественного взаимодействия. По словам Эдуарда Николаевича, сначала появилась мелодия, которую он напел, а уже потом Алеся написала на нее стихи. Так возникло произведение, которое стало близким не только самим авторам, но и слушателям. Сейчас у дуэта уже есть несколько авторских песен. Впереди – новые выступления и новые фестивали. И в этом творческом союзе особенно ценно то, что он построен на доверии, взаимном уважении мнения и идей друг друга и общей потребности делиться с людьми чем-то настоящим.

Сцена как место собранности

Несмотря на огромный сценический опыт, Эдуард Николаевич не говорит о выступлениях как о чем-то полностью привычном и автоматическом. Он не скрывает, что легкое волнение перед выходом на сцену все равно остается. Особенно это чувствуется тогда, когда речь идет о конкурсах, ответственных фестивалях или выступлениях, где хочется показать максимум возможного. Но это волнение давно перестало быть помехой. Скорее, оно стало частью внутренней мобилизации, которая помогает собраться и точнее прожить каждую песню.

Он вспоминает услышанные когда-то слова Николая Расторгуева о том, что артист не должен слишком бояться сцены, как рабочий не боится своего станка. В этом сравнении есть доля правды, но Эдуард Николаевич все же смотрит на сцену чуть тоньше. Для него это не просто привычное рабочее место, а пространство ответственности. Здесь важно не подвести себя, не уронить уровень, не выступить формально. «Сейчас я бы назвал это уже не волнением, а скорее собранностью: больше думаешь не о страхе, а о песне, об образе, о том, как правильно донести ее до зрителя», – говорит он.

Возможно, именно поэтому каждое выступ­ление для него остается делом неравнодушным, требующим внутренней точности и честности. Он знает цену случайности на сцене, знает, сколько труда стоит за кажущейся легкостью исполнения. И потому выходит к зрителю не просто с песней, а с полной готовностью быть услышанным.

За этой собранностью стоит целая жизнь – от мальчика из небольшой деревни, который когда-то побоялся музыкальной школы, до состоявшегося музыканта, педагога и звукорежиссера, которого знают на фестивалях и в коллективах. В его судьбе особое место занимает семья – та тихая, но надежная опора, без которой этот путь вряд ли был бы возможен: «У нас каждый занимается своим делом, но мы всегда поддерживаем друг друга. И это, наверное, самое важное». История знакомства с супругой тоже связана с музыкой: на одной из свадеб, где он выступал, среди гостей оказалась его будущая жена. Именно там началась их общая история. С тех пор рядом с ним человек, который разделяет его жизнь, принимает его ритм и поддерживает в творчестве, даже если сама остается вне сцены. Были выступления, поездки, фестивали, работа с коллективами и победы. Но все это складывается не только из профессиональных достижений, а из той внутренней устойчивости, которую дает близкий человек. И потому в центре этой большой истории остается не просто музыкант, а человек, который однажды не отступил и рядом с которым всегда были те, кто помогал идти дальше.

История Эдуарда Николаевича Пищика – это история не только о музыке, но и о человеческой стойкости, о доверии к своему дару, о праве жить активно, ярко и содержательно. В ней нет громких деклараций, зато есть ежедневный труд, постоянное развитие, готовность учиться, работать, выходить к людям и создавать красоту – голосом, музыкой, звуком. Для читателей нашего издания это особенно важный пример: ограничения не отменяют способностей, а трудный старт не определяет всю дальнейшую судьбу. Иногда человеку достаточно однажды поверить, что его путь возможен, и тогда дорога действительно открывается. Именно так и происходит там, где голос выбирает свет.

Текст: Анастасия Прокопенко
Фото редакции газеты «Вместе!» и из архива Эдуарда Пищика

Новости из жизни белорусов с инвалидностью в нашем Telegram-канале. Подписывайтесь!