«Виноват, что не умер в плену». Историю своего дяди Петра Никодимовича Кучинского рассказала племянница, дочь его старшего брата Адама – Нина Адамовна Кучинская

Поддержи

«Я родилась и выросла в деревне Долгое Солигорского района. В 1959 году окончила школу и уехала в Минск на учебу. С тех пор живу в Минске. От родителей не раз слышала эту историю. Про дядю Петра долго вспоминали с оглядкой. До войны он жил в Москве, был женат на москвичке, они имели двух дочерей и сына. После войны у них еще родилась дочь. Последний раз виделась с его женой и двумя младшими дочерями в 1960 году в деревне Долгое.

Когда началась война, дядя Петр Кучинский командовал 54-м отдельным батальоном обслуживания станции снабжения с местом нахождения в Киеве. Войска, защищавшие Киев, были обречены. Сталин требовал оборонять Киев, но Георгий Жуков предлагал вместо обороны на восточном берегу Днепра построить укрепленную линию и сдерживать противника. Но ставка поддержала предложение Сталина. Гитлер требовал захватить Киев. К 15 сентября 1941 года окружение советских войск было завершено. Видя безвыходное положение, ставка 17 сентября 1941 года дала разрешение на отвод войск на восточный берег Днепра. Оставшиеся в живых искали выход из кольца блокады. Петр Кучинский за 48 суток дошел до линии фронта под Наро-Фоминском, что под Москвой, но здесь был пленен немцами 7 ноября.

В лагерях для военнопленных Петр Кучинский находился больше года. Его путь лежал из лагерей Подмосковья в лагеря Могилёва, Бобруйска, Полоцка. Страшный голод изматывал его. Из Бобруйска своему отцу в Долгое ему удалось передать известие о своем нахождении. Дед Никодим пошел в Бобруйск, чтоб выкупить сына у немцев, но в Слуцке сам попал к ним в лапы, чуть вырвался. В полоцком лагере дядя заболел тифом, понял, что это его последнее пристанище. Когда в лагере появились вербовщики армии Власова, обещали лечение и улучшенное питание, он согласился, чтоб при первом удобном случае перебежать на сторону Красной Армии», – рассказывает героиня.

/

Из протоколов допросов:
«25 декабря 1945 года. Лагерь Алкино, БССР. Я, старший следователь отдела контрразведки «Смерш» 12-ой запасной дивизии капитан Мирошниченко, допросил в качестве свидетеля Кучинского Петра Никодимовича, 1904 года рождения, уроженца деревни Долгое Старобинского района Минской области.

/

Вопрос: «Когда и при каких обстоятельствах вами был задержан изменник Родины, бывший генерал Красной Армии Власов?»

Ответ: «Я продолжительное время служил в так называемой «Русской освободительной армии», находился в первой русской дивизии в должности командира батальона 3-го стрелкового полка, звание имел капитан. 10 мая 1945 года первая дивизия РОА перешла на сторону американской армии, сосредоточившись у деревни Розенталь (Чехия) и разоружилась, а 11 мая поступил приказ Власова углубиться на американскую территорию. К месту сосредоточения дивизии прибыли представители от советских частей и стали предлагать нам, командирам РОА, переводить свои части и подразделения на сторону Красной Армии. Когда это нами было сделано и части дивизии РОА стали в большинстве своем двигаться в сторону Красной Армии, мы с капитаном Якушевым прибыли в распоряжение штаба 162-ой танковой бригады доложить о проделанной работе. Поскольку я был одет в одежду немецкого офицера, майор контрразведки Виноградов, узнав, кто я такой, дал мне задание разыскать, задержать и доставить ему командира первой русской дивизии РОА, одновременно попросил меня узнать место пребывания командующего РОА Власова. С капитаном Якушевым выехали выполнять задание на территорию, занятую американцами.

На одной из развилок дороги нас задержали американские солдаты-танкисты и дальше в глубь своей территории не пустили. Пока мы с ними на ломаном немецком языке объяснялись, мимо нас, вглубь американской территории проследовала танкетка, а вслед за нею –  семь легковых автомашин, в числе которых мною была опознана автомашина командира первой русской дивизии РОА. Увидев это, я, вопреки протестам американских солдат-танкистов, вместе с капитаном Якушевым поехал догонять американскую танкетку. Догнав и выскочив вперед, я свою машину развернул и поставил поперек дороги, в результате чего танкетка и следовавшие за ней машины остановились. Просмотрев эти автомашины, мы с Якушевым обнаружили в них все командование первой дивизии РОА и в одной из машин – закрытого (замаскированного) одеялами и плащ-палатками командующего РОА Власова. В одной машине с ним находился его первый адъютант капитан Антонов. Вначале мы всех указанных лиц высадили, а потом, закончив просмотр машин, посадили их обратно, развернули и стали следовать в составе всех семи автомашин на сторону войск Красной Армии».

О поимке Власова командующий Первым Украинским фронтом Иван Конев тут же доложил Верховному Главнокомандующему Сталину. За эту операцию большая группа офицеров «Смерш» и контрразведки была скоро награждена орденами и медалями. Указом Президиума Верховного Совета СССР от 19 июня 1945 года за успешное выполнение особо важного задания капитан П. Н. Кучинский также награжден орденом Отечественной войны 1-й степени, получив тем самым индульгенцию на отпущение грехов прошлого».

На деле все оказалось сложнее. Контрразведчики не оставляли Петра Кучинского в покое, ордена он не получил. В результате оказался в лагере Тульской области на шахте. Жена с ним развелась, но дети навещали отца в лагере. Умер Петр Никодимович Кучинский или в конце 1953, или в начале 1954 года. Будучи в Подольском лагере №174 в 1946 году, обращался за защитой к самому Сталину. Описав все свои хождения по мукам, Петр Никодимович прошение заканчивал так: «Считаю себя виновным в том, что, боясь голодной смерти в плену, нарушил присягу, а по-большевистски храбро не умер в плену, как до конца не перенес всех невзгод и лишений голодного плена, что не осуществил мечты перехода на сторону Красной Армии.

Одновременно прошу принять во внимание заслугу перед Родиной в том, что, осуществляя мечту перехода на сторону Красной Армии, принял меры к задержанию Власова А. А., тем самым не дал ему возможности остаться за границей безнаказанным за совершение преступления в измене Родине. он погубил много русских военнопленных, втянув их на петле голода в организуемую им банду в корыстных целях».

После войны по лагерям содержания советских военнопленных в Германии разъезжали представители советской власти и предлагали вернуться в Советский Союз. Как только согласившиеся пересекали границу Советского Союза, становились государственными преступниками и помещались в лагеря. Статья 22 Положения о воинских преступлениях (ст. 193 УК РСФСР) требовала к попавшим в плен применять высшую меру наказания – расстрел с конфискацией имущества, а его членов семьи привлекать к уголовной ответственности. В 1956 году Маршал Советского Союза Георгий Жуков, через 11 лет после Победы, обратился в ЦК КПСС с Проектом об исправлении положения бывших военнопленных.

«Советскими органами по репатриации было учтено 2 016 480 военнослужащих, находящихся в плену. Из них 1 836 562 человека, в том числе 126 тысяч офицеров, были репатриированы на Родину. Кроме того, по данным немецкой трофейной картотеки, в немецком плену погибли свыше 600 тысяч советских военнопленных. Есть все основания полагать, что какое-то нам неизвестное количество бывших военнопленных продолжает находиться за рубежом», – писал он. В итоге ЦК КПСС и Совет Министров СССР 29 июня 1956 года издали Постановление № 898 – 490 «Об устранении последствий грубых нарушений законности в отношении бывших военнопленных и их членов семьи». Конечно, тысячи бывших военнопленных, находящихся в советских лагерях, умерли, не дождавшись этого постановления.

В музее Долговской школы нет информации о своем земляке. Здесь ломают голову, считать своего земляка героем или предателем. Как сказала педагог, заведующая краеведческим музеем в деревне Долгое Татьяна Алексеевна Прокопович: «В родной деревне не осталось никого из родственников Петра Кучинского, а в музее нет о нем никакой информации». В историко-документальной хронике городов и районов Беларуси, книге «Памяць» издания 2004 года издатели имя его не упомянули. Легко обвинить, очень трудно оправдать.

 

Владимир Амельченя 
Фото автора

Присоединяйтесь к нам! Telegram Instagram Facebook Vk

Комментарии

Авторизуйтесь для комментирования

С 1 декабря 2018 г. вступил в силу новый закон о СМИ. Теперь интернет-ресурсы Беларуси обязаны идентифицировать комментаторов с привязкой к номеру телефона. Пожалуйста, зарегистрируйте или войдите в Ваш персональный аккаунт на нашем сайте.


Exit mobile version