Нет места для воспоминаний

Что остается у человека? К 69 годам. Когда многое испытал и уже всему удивился. Когда прежняя жизнь – семья, дом, работа – потеряны. У человека остается чемодан воспоминаний…

Вот на фото мальчишка лет десяти в костно-туберкулезном санатории «Краски» в Волковыске. Улыбается – ну эту болезнь, жизнь из-за нее не останавливать! В три года выпал из окна деревенского дома, на спину -повредил позвоночник. Вот и перебрался на десять лет из деревни Жарковщина (Гродненская область, Свислочский район) в «Краски». Десять лет лежа.

Еще снимок: уже с женой. Очень красивая пара. С будущей супругой познакомился в костно-туберкулезном санатории в Речице. Тоже болела. Туберкулез позвоночника. Не только чувства, но и болезнь объединила их. Переехал к жене в Слоним. Родился сын…

Устроился в школу лаборантом. Директор отправил поступать заочно в педагогический. И вот уроки вел, кружки разные.

Потом жена сказала, что ей трудно за ним ухаживать. В общем, развелись. В тот день оказалось, что некуда идти. К тому времени сын уже учился в Минске в технологическом. Приехал к нему в гости. Заглянул заодно к этому человеку на фотографии – к Николаю Колбаско. Как раз создавалось общество инвалидов. Так и так. Что делать? Николай Игнатьевич помог попасть в интернат.

И вот уже 24-й год Тадеуш Иосифович Мороз живет на Ваупшасова, 33, в доме-интернате. Целая иная жизнь. Двадцать три года не в уютной квартире, а в интернате, не в своей одежде, а в выданной, смотреть любимую передачу не по собственному телевизору, а в «местах коллективного просмотра». Телевизор, холодильник, видеоплеер чуть не изъяли. Получил разрешение пользоваться своими вещами аж в Мингорисполкоме.

Фотоаппарат «Зенит», видеокамера… Тадеуш Иосифович сам научился фотографировать. Иногда снимал на мероприятиях от ОО «БелОИ», работал в Доме офицеров фотографом. Подзорная труба – незаменимая вещь на мероприятиях. Тадеуш Иосифович домоседом не был. Вот не так давно еще умудрился скопить денег, съездить от общества инвалидов на Черное море. Но фотоаппарата, видеокамеры, подзорной трубы в чемодане нет. Пока был в больнице на обследовании, они исчезли из запертой на ключ комнаты. Фотоаппарат ФЭД остался. Если пленку купить…

Сын иногда приезжает из Слонима. К сыну хотели бы переехать? Но: «Ты, папа, обижайся, не обижайся, но тебя тут «глядят». Да и квартира там – хрущевка. А Тадеуш Иосифович за эти годы пересел в инвалидную коляску. По глупости. Было тяжело ходить, а теперь с палочкой – только возле кровати.

Вот открытки, поздравить с праздником двоюродных сес-тер. В Минске живут четыре двоюродные сестры. За двадцать три года ни разу не пришли навестить. «Кому ты, инвалид, нужен…»

Как вам здесь живется?

«Нормально. Жить можно. Я уже тут привык». И за этим слышны усталость, равнодушие. Тадеуш Иосифович за двадцать три года сдался…

Две пачки бумаг. Переписка. Многие годы Тадеуш Иосифович просит переселить его в специальный дом для ветеранов, престарелых и инвалидов № 1. Ему отказывают. Куда он только не писал. Там – как дома, даже готовить самому. Это единственное, что Тадеуш не любит, да и не особо умеет. Да и устал столько лет здесь, надоело. Устал. На время ремонта в интернате Тадеуш Мороз переселен в спецотделение, в крохотную отдельную комнатку, для колясочников-
ювелиров. Ремонт заканчивается, скоро должны вернуть «на родину», будут опять втроем жить.

Все эти годы Тадеуш Иосифович убеждал все инстанции, что ему не нужен постоянный уход, что мог бы оплачивать питание и жилье. И с соцработником справился бы. Теперь уже и не отказывают вроде. Только перегорело. В тебя не верят, и ты перестаешь верить в себя. Но иногда оживится: вот если бы к кому-нибудь переехать, в тот же дом на Рокоссовского, 50, или просто кто-нибудь пригласил бы к себе. И веселее.

Сто видеокассет – подарок. Костюмы. Шиты на заказ – фигура нестандарт. Кажется, костюмы, шитые на заказ, как-то по-
особенному говорят о человеческом достоинстве, об особых требованиях к себе. Но костюмов, подаренных кассет тоже нет. Их выбросили. Выбросили. Целая комиссия интернатская решила, пару месяцев назад: зачем тебе, ремонт, места нет. Столько лет лежали… «Помру, тогда выбросишь. Я ж с собой не заберу, вам останется. А пока я живой».

Вещи из прошлого. Часть тебя, твоей жизни. Ожившие воспоминания. Каким-то образом здесь нет на это права. Словно ты должен забыть это все, оставить перед входом, и этим сравняться со всеми, тоже оставившими что-то. Это убивает личность.

Тадеуш Иосифович заказал себе памятник давно. В принципе, у католиков принято. В Слониме памятник, в гараже стоит. Только на нем обе даты. Обе. «Семьдесят лет хватит».

Устал. И перестал верить.

А может, не хватит?! Найдется человек, будете жить вдвоем. Купите пленку к своему ФЭДу.

Юлия ЛАВРЕНКОВА и Анна ЯКИМОВИЧ