Ищущему…

Недалеко от деревни Вишневка, всего в паре десятков километров от Минска, между деревеньками Нелидовичи и Касынь, существует другой мир. Нет, не со своими законами – с законами простыми, христианскими. Просто мы не всегда соблюдаем их. Вход сюда — по благословению батюшки. И по собственному желанию стать лучше. Это женское подворье Свято-Елисаветинского монастыря в Новинках в Минске. Здесь принимают всех, кого по разным причинам не готовы принять мы.

Как раз закончилась утренняя молитва. В доме сестер ждет завтрак. К которому тоже приступают с молитвой. Со взглядом на икону в углу. Молятся нараспев, хором. «Хор» небольшой, пока. Десять сестер. Вместе с матушкой Варварой, монахиней, старшей по подворью.

Каждый оказался здесь по разным причинам и по своему случаю, для каждого счастливому. Потому что многие сегодня не знают, где бы были, если бы Бог не привел их на подворье. Кто-то не так давно вышел из тюрьмы, кто-то не мог справиться с алкогольной зависимостью, кто-то с наркотической, кому-то вдруг оказалось негде жить… У каждой были проблемы. С родными, с окружающим миром, но главное – с самой собой. Официально это мес-то можно было бы назвать реабилитационным центром. Но это как-то сухо, и нет духовного начала, которое здесь – основа.

Условий для входящих под крыло матушки Варвары немного. Самое важное – желание изменить свою жизнь. Как говорит матушка, «главное – сознание: переключить мысли в другом направлении». Подворье не лечит, в прямом смысле слова. Оно протягивает руку, на которую можно опереться, оно советует, оно объясняет. И от соблазнов защищает. Пока человек не готов оторваться от этой руки, пока не научится делать над собой усилие.

– Мы еще совсем младенцы, – улыбается матушка Варвара, – нам в июне было два годика.

Мужское подворье существует уже лет 15. А в монастырь часто обращались женщины. Страшно это, когда некуда идти… А помочь ничем не могли. И вот по благословению Епархии монастырь выкупил территорию, где теперь женское подворье.

– С самого начала благословили меня переписываться с теми, кто сейчас в местах заключения. Три сестры у нас по переписке приехали сюда.

София первая из них здесь появилась, подругу потом сюда позвала. И очень счастлива, что попала сюда:

– Наверно, со своими трудностями, которые у меня были до пришествия на подворье, я бы не могла сейчас жить. Подворье меня укрепило, дало шанс. И только сейчас я поняла, что без Бога погибну в этом мире. Я очень благодарна матушке Варваре, что она поверила в меня и пригласила сюда…

София рассказывает, что благодаря подворью ее дочь вновь поверила в нее, теперь они снова общаются. А дочь ее в свою очередь по примеру матери стала ходить в церковь…

Не побоятся приютить на подворье человека с инвалидностью. Периодически приходят сюда люди с психоневрологичес-кими заболеваниями. Здесь и утешение могут найти, и потрудиться от души и по силам, ведь редко могут работу найти. Очень много таких работает в мастерских при монастыре.

На подворье свои правила. Одно из них – трудиться. После завтрака – послушания. Самое популярное – конечно, огород. Еще нужно за живностью присмотреть. Все как положено: куры, кролики, свиньи, козы. Всех пожертвовали люди, обеспечив подворье и едой, и работой. Так получилось, что коз собралось аж двадцать. Вот, поди прокорми. Еще куда же без котов и собак. (Кстати, они между собой не ссорятся). В общем, жизнь как в настоящей деревне.

Поэтому сегодня одна из сестер сажает чеснок, другая кормит свинок, третья ухаживает за козами, кто отправился косить, кто моет потолок. Самая старшая Ирина Степановна делает ладанки, которые будут потом продавать при церкви. На сегодня такой распорядок. Каждый что-то делает, по своим силам.

– Я стараюсь, чтоб максимально день был загружен, чтоб не было особенно свободного времени. Потому что, как правило, начинается праздность, и мысли какие-то нехорошие, – объясняет свой секрет матушка. Что верно, то верно, муд-рое лекарство.

Вечером или что-то читают, или фильм смотрят, или беседы батюшки слушают. У кого-то вот на столе жития святых. И тоже руки можно занять – рукоделием. Одна из сестер вышивает большую картину. Еще коврики делают из обрезков ткани – как плетут на деревянной раме. Это вот Верин. Коврик яркий, разноцветный, с церквушкой белой в центре, чем-то на гобелен похож.

Веру, кстати, привезли сюда друзья. Она младшенькая из сестер, всего-то двадцать лет. Всю жизнь – в школе-интернате. У нее ДЦП, эпилепсия и много еще проблем со здоровьем. Но здесь она оказалась нужна.

– Сначала сложно было очень и ей, и нам. Потому что ребенок не привык к самостоятельной жизни, – вспоминает матушка. – Осенью будет год, как Вера здесь. И она физически окрепла, и, чувствуется по суждениям, человек повзрослел. Вначале мы думали, что она вообще не сможет трудиться. Выясняется, она все может. Вместе со всеми трудится, только даем что-то полегче. Просто все делает медленно. Но главное, чтобы человек был задействован, – верно, когда ты нужен – лучшее лекарство. – И Вера как-то не боится за что-то браться. «Это, может, ты не сможешь?» – «Я попробую».

А за все это время приступов выраженных у Веры и не было. Сейчас она на плановом обследовании в больнице, матушка и сестра Юлия, с которой Вера очень по-дружилась, поедут сегодня ее навестить.

Зима – сезон «рукодельный». Кто-то из сестер подрабатывает в мастерских при монастыре. Хотя, бывает, как заметет – живут, как на острове. Еще зимнее занятие – выращивают вешенки. В старом бомбоубежище, оставшемся от военной части, этим грибам в самый раз. А летом там, видимо, живут ласточки. Вот гнездышки.

Матушка Варвара тоже работает с сестрами. Сегодня полет грядки. И еще мы сегодня идем за грибами! На территории подворья есть для них укромные местечки.

Еще нужно пройти, посмотреть, так ли все сделано, все ли в порядке. Обсудить строительные вопросы со строительной монастырской бригадой. Работы на этих 9 гектарах еще много. Сестры живут в двух небольших домиках, на дачные похожих. Поэтому больше 20 человек принять по-
дворье никак не может. Но строится общежитие. Надеются, в будущем до трехсот человек здесь сможет поселиться. Ведь потребность есть!

– Планируем еще швейную мастерскую. Люди, которые освобождаются, как правило, готовые швеи. Пока они ездят в монастырь трудиться, но это тяжеловато, особенно зимой. Еще гончарное производство, не все могут шить, – матушка делится планами и показывает строящиеся здания. Эти остались от прошлых жильцов, а вообще еще строить и строить. – Здесь мы рукоделием прошлой зимой занимались, но крыша деревянная, сгорела. Сестрам тяжело психологически постоянно в одном помещении. Это летом на улице, а зимой.

– И должна быть возможность приезжать с детьми. Очень много среди тех, кто пишет на подворье, обязанных лиц, кто-то лишен родительских прав. Хорошо построить домик для опекунской семьи, которая могла бы помогать мамам восстановиться в своих правах.

Кстати, вместе с сестрами живет двухлетний Миша. Мама его первая насельница подворья, а Мишка здесь родился. Сейчас его мама работает в монастырской мастерской, там учится жить самостоятельно, а Миша под присмотром заботливых сестер. Миша довольно послушный, понимающий. И внимательный: разговариваем с матушкой за чаем – следит, чтобы не стеснялись, печеньем угощались.

И еще обязательно верить, молиться, ездить на службу в Свято-Елисаветинский монастырь. Ну как «обязательно»…

– Просто если этого не будет, ты не задержишься надолго, – знает матушка, наблюдала не раз. – Я сестрам объясняю, что, если вы не будете ездить на службы, молиться, ну, месяц-два тут побудете, придете в себя… И уйдете так, ни с чем.

Ведь лечить нужно душу.

Каждое воскресенье ездят на службу. И на исповедь к батюшке ходят. На подворье, к сожалению, службы пока не идут. Хотя храм есть. Вернее, был. Деревянный храм сгорел. Остался только притвор. Рядом кресты с куполов, колокола. Прошлые жильцы подремонтировали притвор, обшили досками почерневшее дерево, и сестры сами читают там молитвы. А днем читают акафист преподобному Сергию Радонежскому, в честь которого храм.

– Акафист Сергию Радонежскому они начали читать сами. Одна из сестер прос-то взяла в руки акафист, почитала, и как-то ей простые слова на сердце легли. И она подала идею, когда какие-то происшествия, помощь нужна срочно – читать.

Мы с матушкой заговорились, когда вошли в храм, сестры уже читали акафист. Их не нужно заставлять – они с радостью.

– Молитвы читать тоже, кому как: кто приезжает первое время – трудновато, – соглашается матушка Варвара. – Они потом уже говорят, что первые две недели возмущаешься, терпишь, а потом ничего. Потом привыкают, потом уже нравится, читают с удовольствием. Уже начинают друг друга одергивать, если кто на молитвочку больше прочитал – дай другим почитать, – смеется. – Как-то батюшка сказал: надо строить храм. Я приехала, сестрам передала, они все вдохновились: давайте читать каждый день акафист. Ждем, когда будем строить храм.

Духовных бесед, конечно, не хватает. Хотя матушка Варвара с сестрами беседует. После акафиста Сергию Радонежскому читает отрывок из Евангелия, поясняет его на тех примерах, которые сестрам близки. И воскресная школа. А во время трапезы читает матушка художественную православную литературу. Но слово священника – все же слово священника. Когда сестер было немного, матушка возила их на собрания сестер, которые живут при монастыре.

В день памяти Сергия Радонежского, 8 октября, должен приехать батюшка служить литургию. Потом планирует начатое продолжать: будет регулярно собрания проводить. Дай Бог.

Вот что о молитвах сказала мне одна из сестер:

– Раньше думалось: какие-то правила читать, зачем это надо. А год прошел, уже серьезнее относишься. Если что-то случается, или просто тебя что-то беспокоит, начинаешь молитву читать – и действительно как-то легче, отвлекаешься. И эта проблема, которая у тебя есть, как бы разрешается.

Не так и мало людей появлялось на подворье за эти два года. Кто-то остается надолго, кто-то не выдерживает, уходит. Видимо, еще не готов к этой ответственности. Ведь это ответственно – меняться. Кого-то нужно приютить всего на пару дней, пока решаются какие-то проблемы. Кто-то периодически приезжает, не может остаться.

На подворье живут как большая семья, дружная семья. Так получилось, что нынешний состав более-менее постоянный, сестры уже хорошо знают друг друга, «притерлись». Большинство здесь не один месяц, а трое уже больше года. Но новых сестер всегда готовы принять. Только «чтоб трудолюбивых».

– Для меня самое сложное, когда сестры не находят общий язык, – вздыхает матушка Варвара. – Чаще всего это с новенькими происходит. Когда человек труженик, вопросов нет. Тяжело на подворье даже не столько людям, от чего-то зависимым, потому что зависимый человек чувствует вину перед Богом, ему проще. Тяжело, когда человек очень гордый, самолюбивый, и ему все время хочется, чтобы было, как он видит.

Каждого на подворье Господь как-то меняет.

– Я смотрю, что с каждым человеком надо пройти какой-то период, а потом уже видишь результат, – матушка Варвара перебирает мысленно всех, кто бывал у нее. – А когда человек не может себя заставить, пришел-ушел, в таких ситуациях, конечно, о каких-то изменениях говорить… Хотя, наверно, все равно как-то действует подворье, раз возвращаются, ничего лучше не находят. Бывает, уходят от нас, и опять попадают в места заключения, и опять начинают писать. Одна сестра 4 месяца у нас пыталась трудиться. Потом ушла и вновь попала в тюрьму. Недавно приезжала. Удивительно, но человек действительно изменился. И трудилась совсем по-другому. И не было конфликтов между сестрами. Просто мы ее не узнавали.

Подворье действительно меняет жизни. Сестра Юлия была наркоманкой 11 лет. Она хотела бросить, она старалась. Но ничего не помогало, ни лечение, ни уговоры, ни ультиматумы. А силы воли не хватало. Приезжала на две недельки – и осталась.

– Как приехала сюда, я не знаю что, может, благодать какая, мне настолько легко сейчас стало. Сейчас я просыпаюсь другим человеком, меня радует все. И у меня ничего не болит, мне ничего не надо искать. Теперь тоже хочется помогать людям.

– Люди начинают, меняться, просто чтобы эти изменения удержать, нужно понимать, что надо уже полностью менять свою жизнь, по-другому к ней относиться, – объясняет матушка. – Обычно ошибку совершают те, кто считает, что все, уже окреп и может сам дальше жить. И возвращаются к прежней жизни. Как правило, потом такие приходят обратно. Ты должен понимать, что так, как жил прежде, уже не сможешь жить. Для того, чтобы твердо в этом убедиться, наверно, надо много лет, а не пару месяцев.

Никого на подворье не удерживают, каждый должен принимать решения сам. Но большинство уже не спешит уходить. Кто чувствует, что не готов, у кого нет других вариантов. Может, раньше им и было трудно здесь, но сейчас кажется, что все стало легко. А как сказала сестра Тамара: «Чем больше здесь нахожусь, тем больше я вдыхаю воздух свободы. Настоящей свободы».

– Подворье для того, чтобы помочь научиться жить по-другому. Но это временная помощь, и у каждого свой период «выздоровления». Потом все равно человек должен что-то решить. В будущем мы вообще планируем за территорией подворья взять участок в сельсовете под строительство жилья. Чтобы люди могли потом строиться и здесь же рядом оставаться.

И целебным это место для многих стало именно благодаря матушке Варваре. К каждому умеет найти подход, всегда подскажет и поможет. Говорят: у нее дар. Спасибо ей большое. За возможность новой жизни.

А вот как матушка, интересно, попала в монастырь, на подворье?

– Мне всегда хотелось помогать людям. И чтобы потом этот круг ширился, они помогали другим. В дом себе всего больше принести – смысл какой? А дальше как? Постепенно пришло понятие, что помимо помощи материальной есть еще помощь духовная. Что ты можешь молитвой помогать. И начала часто ходить в храм потому, что хотелось помогать другим. Если ты хочешь помогать, то ты должен очиститься сам, чтобы эта помощь была действительно действенной. И потом Господь потихонечку привел в монастырь.

Может, еще так хорошо и дружно на подворье потому, что живет здесь пока совсем немного человек. Каждому успеваешь сказать мудрое теплое слово. Никто не потерян, все под внимательным и заботливым взглядом. Сестры впитывают эту благодать. И тоже стремятся другим делать добро. А когда я уже уезжаю с подворья, прощаюсь, говорят, будут молиться за меня.

Жаль, таких подворий в Беларуси больше нет. А как сильно нужны они! И чувствуешь счастье от того, что люди, у которых не получается жить в нашем мире, которых в нем мы не хотим замечать, которым не умеем помочь, могут не потеряться навсегда. Могут стать лучше тебя. Они знают цену жизни. Радостно от того, что людям есть куда идти.

Юлия ЛАВРЕНКОВА

Фото автора

Жаждущие изменить свою жизнь всегда могут попросить о помощи: Минский район, Папернянский сельский совет, подворье Свято-Елисаветинского монастыря. Почтовое отделение Вишневка.