Ещё раз о поэзии

Рубрики: Культура, Новости.

Да простят меня авторы и читатели литературной странички «Акрыленне», но позволю себе на базе собственных поэтических произведений проанализировать и разобрать некоторые тонкости и особенности теории стихосложения. Теория – это, конечно, очень хорошо, но, скорее всего, многие из вас могли бы написать учебник по теории стихосложения, подобно моему, печатавшемуся в прошлом и текущем году на страницах газеты «Вместе!».  Было бы время, силы и необходимые знания и опыт. Начну с ответа на вопрос: «Поэт ли я?». Не могу с уверенностью сказать: «Да! Я – поэт». Скорее всего, я назвал бы себя автором поэтических текстов, половина из которых – песенные.

Чтобы внести большую ясность, скажу. Вначале я сочинял так называемые, чисто поэтические тексты. Впрочем что можно было насочинять в тринадцатилетнем возрасте? Я ведь не Пушкин и не Есенин, у которых, поэзия была заложена на генетическом уровне.

Уже в пятнадцать лет начало появляться что-то похожее на стихи. Об этом можно было судить хотя бы по разнообразию  тематической палитры – патриотические темы, война, любовная, пейзажная  и философская лирика.

В шестнадцать лет начали появляться первые песни – сначала на чужие тексты, а потом и на собственные. Тогда я еще не понимал и не осознавал, что песенные тексты и чистые стихи отличаются друг от друга. Но различие настолько незначительное, что, чаще всего может быть и не замеченным. Хочу подчеркнуть, что создавая песни, обычно автор сначала сочиняет мелодию, а потом текст к ней. Лично у меня так и происходило. Изредка случалось и наоборот – сначала слова, а потом музыка.

Из нескольких десятков моих песен хочу рассказать о нескольких.

Вот моя песня «Дражня». Привожу ее текст:

Где-то на окраине столицы

(Снова память сердце

обожгла…)

Я увидел каменную птицу,

Два ее безжизненных крыла.

 

Вот грохочет поезд запоздалый,

И устало стонет старый лес.

Далеко отсюда до вокзала,

Но совсем немного… до небес.

 

…Коридоры, словно казематы,

Вот он, одиночества отель.

В полумраке белые халаты,

Серая и мрачная пастель…

 

Для кого-то – ад, кому-то – сказка.

Старики замолят здесь грехи.

А поэт, распятый на коляске,

Дарит миру новые стихи…

 

И, наверно, содрогнётся

 каждый:

«Как же так? И почему они?..»

Сколько боли в этом

 слове: «Дражня».

Господи! Спаси и сохрани!

Уникальность этого произведения в том, что оно было создано по заказу. Готовился первый номер журнала «Надежда», и необходимо было написать «сильное» стихотворение. И я написал «Дражню». Главный редактор «Надежды» осталась довольна. На дворе стоял 1989 год. Позднее текст «Дражни» я положил на собственную музыку, и получилась песня, с которой я выступил на III Минском областном фестивале авторской песни и стал лауреатом. На том же фестивале лауреатской была и песня «Поезд». Но о ней немного позже. Итак, «Дражня». Что же это такое? Это просто поселок в восточной части Минска. Рядом с ним находится Городской территориальный центр по социальному обслуживанию пенсионеров и инвалидов. В народе он называется «интернат для престарелых  и инвалидов». Этот интернат представляет собой каменное здание из двух смыкающихся под углом крыльев.

Где-то на окраине столицы

(Снова память сердце

обожгла…)

Я увидел каменную птицу,

Два ее безжизненных крыла.

 

Это первая метафора, первый образ данного стихотворения.

Вот грохочет поезд запоздалый,

И устало стонет старый лес.

Далеко отсюда до вокзала,

Но совсем немного… до небес.

Отсюда одна дорога – на тот свет. Вот и доживают здесь старики последние свои годы.

Мрачно здесь и неуютно, и коридоры, словно казематы. Вот он, отель, приют для одиночества. И вся эта картина, как мрачная пастель, хотя пастель должна быть нежной, голубой, словно небо.

Вот еще один образ или метафора, как хотите: «Поэт, распятый на коляске, дарит миру новые стихи». К этим строчкам добавить нечего.

И заканчивается песня отчаянием и безысходностью: «Как же так  могло случиться и почему именно с ним?». И, наконец, жирная финальная точка:

«Сколько боли

в этом слове: «Дражня».

Господи! Спаси и сохрани!»

Это одна из жесточайших моих песен, и я пою ее крайне редко. Если определять  жанр, то, пожалуй, ее можно отнести к остросоциальной. Что касается темы – это безобидный, на первый взгляд, рассказ о жизни обитателей интерната престарелых и инвалидов.

А вот другая моя песня под названием «Поезд». Она родилась в одну из зимних суббот 1988 года. В такт падающему снегу я неожиданно начал проговаривать первые строки: «Ниточка цвета зеленого по рельсам усталым мчится». Я писал этот текст несколько дней. Вскоре появилась и музыка. Вот что из этого вышло:

Ниточка цвета зелёного

По рельсам усталым мчится.

Блаженство отеля вагонного

Лишь десять часов продлится.

 

Опять я куда-то еду

И, кажется, вновь под откос…

Ну, что мне сегодня поведают

Стуки вагонных колёс?

 

А за окном – не пейзажи,

А за окном – моя жизнь:

Мыслей, поступков пассажи;

Чувств и страстей виражи.

 

Опять я куда-то еду

И, кажется, вновь под откос…

Ну, что мне сегодня поведают

Стуки вагонных колёс?

 

Снова мне не тот

достался билет,

Видно, на полке нижней

Мне указала Судьба на сто лет

Место моё в этой жизни…

 

И не пробиться сквозь

стаю волчью

Ни песнями, ни ружьём.

Не умирается ночью

И не живётся днём…         

Что можно сказать об этом тексте-стихотворении. Его жанр – философская лирика.  Тема – размышление о собственной жизни в вагоне поезда. Впрочем, здесь мог быть и трамвай, и автобус, и берег реки. Но не это главное. Не имеет значения – где главное, а – о чем.  А уж метафор и образов здесь предостаточно. Не так ли? В общем, это стихотворение о не вполне удавшейся жизни, которой нет конца. Стихотворение довольно грустное и, даже, писсимистическое. Но и такие стихи и песни имеют право на существование

Еще одна моя работа — песня «Молитва», которая была написана в 1987 году. Я посвятил ее моей жене Зое. Эта вещь построена таким образом, что на протяжении почти всей этой работы катреном, будто заклинание, повторяются слова «только бы…». В общем, это сродни любой молитве. Хочу еще добавить, что эта песня написана по народной примете. А заканчивается она всем известным выводом.

Только бы в стекло

Не постучалась птица,

Только бы тепло

Осталось на ресницах.

 

Только бы мечта

не превратилась

В точную рассчитанную цель,

Только бы опять не закружилась

Подлости и лжи метель.

 

Только бы любви огонь не гас

От разлуки и обиды слёз.

Пусть весна живёт

и дышит  в нас

Пеньем птиц  и запахами  гроз.

 

Кто-то  тихо шевельнёт затвор,

Где-то громко прокричат приказ.

Нам давно подписан приговор,

Только не известен казни час.

В том же году я показал эту песню на Белорусском республиканском радио. Песню не поняли и не приняли. А о записи не могло быть и речи. Зато мне дали очень хороший совет – посетить клуб авторской песни «Ветразь», который размещался тогда в здании ДК Белсовпрофа, рядом с нынешним Дворцом республики. Мог ли я тогда думать, что спустя двенадцать лет на том же республиканском радио я буду записывать свою авторскую аудиокассету?

Песню «Осень в городе» я отношу к пейзажной лирике с философским оттенком. Зарождаться она начала, когда я ехал за рулем автомобиля по городу. Толчком к ее созданию послужил огромный желто-красный кленовый лист, упавший прямо на лобовое стекло. «Откуда он прилетел, этот огромный красавец?» – подумал я, и в голове появились первые строчки…

Город нехотя снимает

Летний, пыльный свой наряд.

Снова осень начинает

 Ярких красок маскарад.

И летят навстречу листья

Всех оттенков и цветов,

И стихают звоны птичьих

Неустанных  голосов.

И дождя запели струны

Песнь осеннего огня,

Ветер яростный, безумный

Беспощадно бьёт меня.

По утрам туман ложится,

И закрыт аэропорт,

И подолгу не садится

Долгожданный самолёт.

В городе осень… 

Церквей купола

Крестами тянутся к солнцу,

Прося немного тепла,

Крестами тянутся к солнцу

К солнцу,

К солнцу…

Необходимо отметить, что период с 1988 по 1998 годы был наиболее плодотворным в творческом плане. Именно в это время мной были написаны лучшие песни, которые и составили авторскую аудиокассету. Вот еще одна из них. Обозначим ее тематику условно как урбанистско-философскую. Итак! «Маленькая баллада о большом городе». Именно этой песне досталась самая яростная критика. Меня даже обвиняли в том, что я не совсем нормальный. Представьте себе огромный город накануне Великой Пасхи, который болен сам собой и пытается убежать от себя.

Геометрия улиц, глаза фонарей,

На пороге Пасхальная ночь.

Город думал:

«Убраться бы прочь,

Убежать, улететь поскорей

От железных чудовищ,

что топчут меня

Ненасытными мощными

шинами,

От людской суеты,

от безумства огня,

От витрин нищеты

магазинной».

Город бредил

ушедшей давно стариной,

Вспоминал древних

улиц названья

И какой-то был странный,

и сам был не свой,

Натыкался на башни и зданья.

Он подумал: «Ах, как я устал

Волочить это тяжкое бремя…»

Он пришёл на вокзал,

но, увы, опоздал –

 – Всё теперь

по московскому времени.

Заиграла где-то скрипка.

Притупилась как-то боль.

Тишина осталась зыбкой.

Кто-то вдруг насыпал соль       

В кровоточащую рану,

Снова шарят по карманам.

Тихо бродят наркоманы,

Только точку ставить рано…

И проснётся вокзал

от скрипучих колёс…

Опоздает опять телеграмма…

Будет утро. Воскреснет Христос

И об этом позвонят нам храмы…

(Окончание в следующем выпуске)

Владимир ВАРШАНИН

Комментарии

Олежка

2013-03-05 12:59:46

Очень жаль, что газета посвящат целые полосы Варшанину. Человек он может неплохой, но говорят о его непомерном эгоизме и самовлюблённости. Инвалиды жалуются, что не грешит плагиатом. Во всяком случае, парень из Слонима написал стихи, а вышли под именем этого товарища. Позвонил поэт ему домой, ответили по-хамски. Стихосложенцу это не подобает. Если "не Пушкин и не Есенин", отошёл бы в сторонку. Если за полосы рифмоплётства ещё деньги получает, это вдвойне неприлично.

Олежка

2013-03-05 13:08:13

Я хочу добавить, чтобы редакция меня не критиковала. В издательстве "Лiтаратура i мастацтва" выходит сборник поэзии молодого, рано погибшего и тяжело болящего перед кончиной нашего белорусского поэта Алеся Письменникова. Также большая группа поэтов, коих невозможно нигде сыскать, и никто не знает, а они умерли молодыми. Хотя бы Женечку Янищиц включили в школьную программу. Упомянут и Анатолий Сыс, умерший молодым не так давно. Это общепризнанные гении поэзии, печатайте их.
"Заиграла где-то скрипка - притупилась как-то боль .. кто-то вдруг насыпал соль". - это, пардон, бездарно. Соль "рассыпал" уже, что ли... "Как-то" боль не притупляется. Она. согласно словарю Ожегова, или утихает; или же, - не даёт покоя.

Авторизуйтесь для комментирования

К сожалению, мы обязаны идентифицировать Вас, чтобы разрешить публиковать отзыв.

С 1 декабря 2018 г. вступил в силу новый закон о СМИ. Теперь интернет-ресурсы Беларуси обязаны идентифицировать комментаторов с привязкой к номеру телефона. Пожалуйста, свяжитесь с нами, и мы зарегистируем для вас персональный аккаунт на нашем сайте.