Мосты над пропастью аутизма

С 12 по 15 февраля в Минске проходил образовательный курс по программе TEACCH для педагогов-психологов, учителей-дефектологов, представителей общественных организаций и родителей детей с расстройствами аутистического спектра. Его провела Программа поддержки Беларуси Федерального правительства Германии при участии Представительства Дортмундского международного образовательного центра совместно с Детским фондом ООН (ЮНИСЕФ) и при содействии комитета по образованию Мингорисполкома, Минского городского центра коррекционно-развивающего обучения и реабилитации, Минского городского института развития образования.

TEACCH (Treatment and Education of Autistic and related Communication handicapped Children, лечение и обучение детей, страдающих аутизмом и нарушениями общения) – это программа структурированного обучения, в процессе которой дети развивают навыки общения и социализации, учатся независимости и готовятся к будущей самостоятельной жизни. В рамках методики TEACCH для ребенка-аутиста создаются соответствующие условия, и он может вполне успешно жить в привычном для себя мире.

TEACCH, дети с аутизмом, Кристоф Вебер-Шлаус, Программа поддержки Беларуси, Ромуальда Голобурда ЦКРОиРБолее подробно о TEACCH рассказал Кристоф Вебер-Шлаус, социальный педагог и руководитель мастерских для людей с инвалидностью «ProWerk» учреждения «Бетель» (фонды им. фон Бодельшвинга). Уже более 150 лет фонды занимаются проблемами людей с особенностями. Специализированный отдел по вопросам аутизма оказывает поддержку детям и взрослым с расстройствами аутистического спектра, а также специалистам, сопровождающим их.

– В основе программы TEACCH лежит представление о том, что у людей с аутизмом есть собственная культура, поэтому в рамках подхода выстраивается иная, чем в других методиках, система работы с такими людьми. Люди с аутизмом и люди без аутизма должны научиться устанавливать контакт друг с другом, и подход TEACCH призван помочь им найти общий язык, построить мосты от человека к человеку.

Как же построить эти мосты?

– Каждому, в чьем окружении есть человек с аутизмом, важно понять: главное средство общения здоровых людей – речь – представляет большую проблему для аутистов. В этом случае большую помощь в общении окажут визуальные средства – пиктограммы, изображения, фотографии, которые будут более понятны аутисту, чем слова. Кроме того, важно помнить, что людям с аутизмом, как правило, необходимо больше времени для восприятия и осознания ситуации. Поэтому стоит набраться терпения и делать паузы в общении. Но все же каждый человек с аутизмом индивидуален, очень трудно давать общие рекомендации, и к каждому человеку нужно строить свой мостик. Работа с аутистами по методике TEACCH – это долгий путь, однако результаты стоят приложенных усилий, – уверен Кристоф Вебер-Шлаус.

– Я руковожу мастерскими для людей с инвалидностью, и моя задача – помочь людям с аутизмом интегрироваться в мир обычной трудовой деятельности. Но путь каждого из них к успеху индивидуален. Так, есть случаи, когда аутисты успешно работают, например, в сфере информационных технологий. В любом случае они смогут трудиться там, где будут созданы условия, отвечающие их потребностям.

Ольга Ренш-Ветцель, директор Представительства Дортмундского Международного образовательного центра (ФРГ) в Республике Беларусь, сравнивает немецкий и белорусский опыт работы с аутистами:

– Считается, что количество детей с аутистическими расстройствами каждый год увеличивается. На мой же взгляд, просто диагностика аутизма становится лучше. Если в Беларуси такое заболевание стало известно, в сущности, только 10-15 лет назад, то в Германии уже более 40 лет работают с аутистами. Это значит, что наработанный за рубежом опыт белорусам стоит перенимать и использовать, ведь это позволит в том числе учиться на чужих ошибках и меньше допускать своих. К примеру, сейчас в Германии особо стоит вопрос профориентации людей с аутизмом. В Беларуси же эта проблема будет действительно актуальной через десяток лет, когда дети-аутисты, которые сейчас учатся в коррекционных центрах, станут взрослыми.

Что касается принятия людей с аутизмом в обществе, то здесь просто нужно время – о какой бы стране ни шла речь. К примеру, в Германии на это потребовалось около 30 лет, и сейчас, когда выстроено соответствующее законодательство, когда созданы условия для жизни людей с аутизмом, общество относится к ним по-другому. Аутисты не являются нагрузкой для своего окружения – они уже часть его, и родители сейчас не стесняются говорить, что их ребенок особенный, не такой, как все, – рассказала Ольга Ренш-Ветцель.

В первом модуле образовательного курса по программе TEACCH приняли участие около ста человек – хотя изначально планировалось, что их будет не более тридцати, однако тема заинтересовала и родителей деток с аутизмом, и специалистов, которые работают с такими детьми. Впереди – еще два модуля, которые состоятся в марте и мае. Цель же первого курса – показать, как необходимо родителям, специалистам Министерства образования и членам общественных организаций взаимодействовать, работать по общей методике. Хочется надеяться, что эта цель была достигнута.

     
Ромуальда Голобурда,

сотрудница службы ранней комплексной помощи Центра коррекционно-развивающего обучения и реабилитации Фрунзенского района Минска:

– Я занимаюсь с детьми от рождения до 3 лет. Хотя в этом возрасте диагноз «аутизм» не ставится, но проявляются некоторые его признаки. Думаю, что изучение программы TEACCH пригодится мне в работе.

Анастасия, мама:

– Моему сыну шесть лет, у него аутизм в тяжелой форме. Мы живем в Могилеве, и у нас в городе, честно говоря, непросто обстоят дела с диагностикой аутизма, с работой с детками-аутистами. Но самая большая проблема, которая пока не решена и которая меня очень волнует, – как такие дети станут жить в нашем обществе, когда вырастут? Поэтому у меня есть планы – или, скорее, даже не планы, а мечты – создать для прошедших обучение в ЦКРОиР ребят некий центр, где они, уже став взрослыми, могли бы находиться, учиться, с пользой проводили бы время – и не потеряли бы приобретенные ранее навыки общения.

С ребенком мы работаем по разным методикам, часто даже интуитивно, надеемся: а вдруг поможет? Стараемся как можно больше общаться с сыном, хотя на контакт он идет очень тяжело. Занимаемся в Центре коррекционно-развивающего обучения и реабилитации: в группе пять человек, воспитатели очень преданы своей профессии, хотя с такими детками работать, конечно, тяжело. Как говорится, если вы знаете одного аутиста – вы знаете только одного, потому что люди с аутизмом совершенно не похожи друг на друга. Мы с сыном гуляем, заходим в магазины, стараюсь всеми возможными способами ребенка социализировать. В бассейн ходим, занимаемся в частном центре «Виктория» по методу Томатиса (улучшение двигательных, эмоциональных, познавательных способностей ребенка через музыку и речь, – прим. авт.). Недавно записались на танцы – ребенка с аутизмом согласились взять в одной-единственной танцевальной группе в Могилеве (естественно, при условии, что на занятиях будет присутствовать кто-то из родителей).

Занятия по методике TEACCH интересны и полезны тем, что здесь мы прорабатываем разные поведенческие ситуации, агрессию и самоагрессию ребенка и др. Пробуем разобраться, как правильно работать с ребенком-аутистом, как помочь ему жить своей собственной жизнью и как матери такого ребенка не раствориться в нем. Кроме того, мне интересно было узнать, что в Беларуси получают лечение только детки с аутизмом тяжелой или средней степени. Легкие аутисты у нас обучаются, например, в логопедических садах, но отнюдь не в коррекционных центрах. В Германии же, к примеру, даже небольшие особенности в поведении ребенка уже считаются аутизмом.

Ирина, мама:

TEACCH, дети с аутизмом, Кристоф Вебер-Шлаус, Программа поддержки Беларуси, Ромуальда Голобурда ЦКРОиР– Моему сыну пятнадцать с половиной лет, у него аутизм в тяжелой форме с нарушением интеллекта. Работать с ним довольно сложно, и никогда не помешают лишние знания – поэтому меня и привлек обучающий курс по программе TEACCH. Кроме того, профессия обязывает постоянно что-то новое узнавать – я переводчик, и моя работа связана с поиском новой информации. Очень удобно, что есть возможность работать в свободном графике, хотя основной добытчик у нас в семье все же папа.

Многие не представляют, как это – иметь ребенка, который тяжело болен.

– Жить с ребенком-аутистом возможно вопреки. Вопреки всему. Ведь естественно, что каждому человеку хочется быть счастливым в любых сложившихся обстоятельствах. По моим же ощущениям, для родителей ребенка с инвалидностью самое сложное – абстрагироваться от брезгливого отношения других людей, от осуждений, от неприятия. Если постараешься это сделать, становится гораздо легче. Я считаю, что в нашем обществе за прошедшие годы практически ничего не изменилось в плане отношения к инвалидам. Как бы много о людях с инвалидностью ни говорили, как бы ни продвигали мероприятия для них – отношение, к сожалению, не меняется. Мало того, когда дети из маленьких забавных человечков превращаются в подростков, ими перестают умиляться, перестают их лечить, вообще перестают ими интересоваться.

Нина КАЗЛЕНЯ

Фото автора

Комментарии

Авторизуйтесь для комментирования

К сожалению, мы обязаны идентифицировать Вас, чтобы разрешить публиковать отзыв.

С 1 декабря 2018 г. вступил в силу новый закон о СМИ. Теперь интернет-ресурсы Беларуси обязаны идентифицировать комментаторов с привязкой к номеру телефона. Пожалуйста, свяжитесь с нами, и мы зарегистируем для вас персональный аккаунт на нашем сайте.