Только я и Дуся

Рубрики: Новости.

Абхазия и Сербия остались далеко

Знакомства, ищу женщину, одинок, Андрей, инвалид, инсульт, воевал в Абхазии и СербииАндрей живет в самом центре Минска. Выгодное во всех отношениях место: Комаровский рынок под боком, хорошая развязка путей и так далее. Помните эти своеобразные дома на подступах к рынку? Их в народе прозвали «кукуруза». Народ никогда не ошибается, дома действительно очень напоминают спелый початок. Вот в одной такой «кукурузине» и живет Андрей. Участник двух военных конфликтов в Абхазии и Сербии. Контуженный. Дважды переживший инсульт. Ветеран необъявленных боевых действий. Тотально одинокий человек. Если не считать кошку Дусю. Правда, говорить она не умеет.

Путь к Андрею

Как раз у моего дома останавливается троллейбус маршрута № 53. Очень удобно: прямым ходом я попадаю на улицу В. Хоружей, где, собственно, и живет Андрей. В однокомнатной квартире, кажется, на 15-м этаже. Правда, я не учел того обстоятельства, что в тот день стояла страшная жара. В результате, к назначенному месту я приехал в полуразобранном состоянии. Едва поздоровавшись с Андреем, сразу попросил стакан воды. Так и состоялось наше знакомство. А что, вполне в человеческом духе…

Честно говоря, первый разговор вышел комом. У Андрея кончились таблетки, которые помогали ему уснуть. (Сразу подумалось: таблетки – это все, что может предложить родина?)

Потом мы созвонились опять и, наконец, поговорили по душам. Говорили обо всем: о войне и мире, о правде и лжи, о справедливости и подлости. Что ж вы хотели? Война – такая штука, что обнажает в человеке все: и плохое, и хорошее. Там ничего не скроешь. Во многом наши взгляды сошлись. Чему я откровенно рад. Честно говоря, мне легко было писать такой материал: как-то легко я понимал, что Андрей думает по тому или иному поводу.

– Не пиши о войне, – сразу попросил Андрей.

Да я и не собирался. То, о чем пишешь, нужно, по крайней мере, знать. А что я знал? Рассказы отца? Бесчисленное количество книг о войне? Этого мало. Поэтому мне показалось верным замечание Андрея:

– Когда прилетает первый снаряд, ты сразу понимаешь, что детство кончилось…

И еще:

– В каких килогерцах выразить одиночество, в котором ты постоянно находишься, я не знаю. Надеюсь, что есть такая женщина, с которой можно поговорить обо всем, попить чаю, посмотреть телевизор. Рядом должен быть человек…

Андрей живет совершенно один. Вместе с кошкой Дусей. Правда, с ней не поговоришь. И чай она не пьет…

Надежда умирает последней?

– Кошка, собака, они ведь никогда не заменят нормального человеческого общения, – продолжает Андрей начатую тему. – Ты ведь не спросишь кошку: а что ты думаешь по этому поводу? А с собакой не будешь смотреть футбол и болеть за игроков. Человек есть человек.

Тут я немножко отвлекусь от братьев наших меньших. Напишу то, что особо подчеркнул Андрей. Во-первых, он просил не называть его фамилию. Во-вторых, настоятельно просил не называть номер его мобильника. Что я с легкостью делаю. Номер телефона имеется у нас в редакции. Если Андрей посчитает нужным общаться с неизвестным абонентом, последний об этом обязательно узнает.

– Я знаю, – объясняет он, – что начнут звонить разнообразные личности. Поди пойми, какие у них цели? Одних будет интересовать квартира в центре Минска, других пенсия. Поэтому не надо телефона.

Это я и сам знаю, многократно сталкивался. Люди, к сожалению, всего лишь люди. Однажды мне недели две звонила некая девица и признавалась в любви. Что, думаю, за черт? Случайных знакомств никогда не завожу. Путем всевозможных ухищрений мне все-таки удалось выяснить, что звонил мне психически больной человек. Между прочим, описывая свое здоровье, Андрей сказал, что только левая рука у него практически не работает. Все остальное у него в порядке. Особенно психика.

Хоть мы и договорились заранее, время от времени разговор заходил о войне. Вот:

– И в Абхазии, и в Сербии некоторые военные просидели все боевые действия в блиндажах или на берегу моря, в ресторанах. После этого они с апломбом говорили: «Я тоже воевал».

Кстати, из рассказов отца мне это тоже знакомо. Он презрительно говорил о таких «участник обороны Ташкента». Как все перекликается…

Война есть война – большинство воюет, другие руководят ими из глубоких блиндажей. Одних убивают, другие получают награды и звания. Все как всегда, ничего нового. В общем, война  не мать родна…

Как все вышло

Как-то Андрей от полной безнадеги позвонил на телефон психологической поддержки. Как он говорит:

– Одиночество сном не перебьешь.

Согласен, это так. Это вроде хронической болезни, от которой есть только одно лекарство: человеческое общение. Но через указанный телефон Андрей вышел на нашу редакцию, непосредственно на нашего главного редактора Жанну Леонидовну. Не знаю, что она говорила Андрею и как говорила, но тем не менее, надежду в Андрея вселила. В общем, думаю, что это такое общеженское качество – поддержать в мужчине надежду, что еще не все кончилось, что есть смысл жить. Мужчина – это такой вид человека, который быстро теряет надежду, быстро раскисает и пускает сопли. Ну а женщина для того и предназначена, чтобы эти сопли вытирать и придавать ударом коленки под зад правильное направление.

Андрей очень благодарен нашему редактору. К чему и я присоединяюсь. Не зря редактор представила Андрею меня как очень опытного журналиста. Это всего лишь похвала, и к ней я отношусь достаточно равнодушно. Твердо я знаю только одно: передо мной человек, которого я не знаю, но узнать должен. И написать в полном соответствии с его характером.

Так мы и узнавали друг друга – Андрей и я.

И все-таки война

Андрей просил меня не зацикливаться на военной тематике. Но раз уж я пишу о человеке на войне, то избежать войны мне не удается. Просто я стараюсь делать это короче, без кровавых эпизодов и прочего.

По все тем же рассказам отца помню, что война – это кровь и грязь, грязь и кровь. А вот чисто героического там маловато. В 1993-м году Андрей побывал в Абхазии, в 1995-м – в Сербии. Он был добровольцем. Они сами шли на войну, понимая, чем это может кончиться для них. Они были не местные, в тылу у них не сидела многочисленная родня, которая в таких войнах страдает больше всего.

Они не были наемниками, которым платят за убийство. Наемника ведь сначала нужно найти, соблазнить его солидным гонораром. Он не станет воевать ради идеи. Русские добровольцы из «Белых волков» не получали ничего. Их одевали, обували, кормили-поили, давали оружие. Иди, дорогой, воюй.

– В Абхазию я приехал в начале лета, вспоминает Андрей. – А к осени мы уже выбили из Сухуми тамошних фашистов (он так и говорит). А в Сербии начали теснить американцев и местных националистов. Делали это так ударно, что они были вынуждены подписать мирное соглашение. Но мне теперь не до этого. Это все уже было, это уже история. А жить надо дальше…

Со стороны националистов действовали карательные батальоны. Ночью они легко переходили линию фронта, свободно входили в селения, и вот тогда начинался террор. Они искали девушек, детей, молодых людей. Для чего? Чтобы вырезать у них органы и продать заказчику, который хорошо заплатит. Война есть бизнес, бизнес есть война. Эти два компонента как бы слиты в один.

Добровольцы. Им, как известно, не платили. Но воевали они хорошо. За ними не было семей, родных, никого, кроме соплеменников. Местные солдаты все-таки побаивались – кровная месть. Сила добровольцев была в этом: или я, или он, а больше никого. Впрочем, Андрей об этом сейчас не думает. Ему нужна близкая женщина. Всего лишь. Все мысли Андрея заняты сейчас только этим. Один он больше не может…

«Мирная» жизнь

Удивительное дело, Андрей состоял артистом Большого национального театра оперы и балета.

– Ты знаешь, – задумчиво говорит он, – не очень мне хочется обо всем этом рассказывать… Ну, да, был, какие-то перспективы были. Но чтобы выбиться в первые… Нет, мне чего-то не хватало.

После обеих войн Андрей работал простым каменщиком в СУ-16. Особых планов не строил. В 2010 году у него случился первый инсульт. Как уж он не пробовал лечиться, у кого только не бывал. Через год случился второй инсульт. Тогда еще работала 2-я больница. Там Андрею и оформили инвалидность. Так он и стал жить один в пустой квартире.

Раз в неделю с Одоевского приезжала мать. Как шутит Андрей, «для проведения банно-прачечного дня». Мать готовила еду, убирала, стирала и… все. Уезжала.

– Да, мать – это важно, – говорит Андрей. – Но ведь с матерью не обо всем поговоришь. Мне нужна женщина, такая же одинокая. А где такую найдешь?

Андрей имеет в виду свое физическое состояние. Он никуда особо выйти не может. Он должен один сидеть дома, говоря слово-другое кошке Дусе. Естеством она понимает, что говорят с ней. Да ответить не может.

Если судить по статистике, то одиноких женщин очень много. Что называется, только кликни. Только Андрей не тот человек, чтобы действовать по-солдатски. Поэтому ему действительно трудно найти одинокую женщину. Чтобы она смогла его полюбить. Чтобы он смог ее полюбить. Отношения Он и Она настолько древние, здесь так много буераков и колдобин, так много рек и болот, пустынь и дикого леса, что…

Андрей не зря отказался упоминать свою фамилию и указывать номер телефона. Первым делом им воспользуются нечистоплотные люди. Для них специально сообщаю: у Андрея взять нечего. Никакой крутой импортной аппаратуры у него нет и быть не может. За 2 миллиона рублей пенсии самое крутое, что можно купить, так это дырку от бублика. Из вещей у него тоже ничего ценного нет. Так что, господа, успокойтесь.

Ему нужна женщина. Женщина-друг, сестра, мать, любовница, да назовите, как хотите. Как номинальный сват, характеризую его исключительно положительно. У него легкий характер, и он не зануда. Он веселый и немножко доверчивый. А человек Андрей проверенный. Где же лучше проверить человека, как не на войне? Согласны?

Все же не выдержал, спросил в конце:

– Тебе приходилось убивать?

– Да, – спокойно ответил он. – Меня тоже убивали. Это война. Не ты, так тебя. Точка.

Действительно, пора ставить точку. И начинать мирную жизнь. Конец получился несколько пессимистичным. Это ничего: после заката солнца бывает рассвет. Как говорится, закон природы. Против него не попрешь.

Все будет хорошо…

Сергей ШЕВЦОВ

Комментарии

Авторизуйтесь для комментирования

К сожалению, мы обязаны идентифицировать Вас, чтобы разрешить публиковать отзыв.

С 1 декабря 2018 г. вступил в силу новый закон о СМИ. Теперь интернет-ресурсы Беларуси обязаны идентифицировать комментаторов с привязкой к номеру телефона. Пожалуйста, свяжитесь с нами, и мы зарегистируем для вас персональный аккаунт на нашем сайте.