Светлана Михайловна

Поддержи

Рубрика : Новости.

«Город – это страшная сила, – говорил Немец Даниле Багрову в знаменитом «Брате». – Город сильного делает слабым…» В общем, я согласен с Немцем, его играл Юрий Кузнецов. Хотя к его определению города я бы добавил кое-что. Вроде бы в городе живет много людей, а настоящего общения все равно нет. На нашем этаже четыре квартиры, всего 16 человек, но я с ними только здороваюсь, а поговорить не с кем. У меня с ними нет одного прошлого, оно у нас с ними слишком разное. О каком общении можно говорить?

Короткая встречагазета "Звязда", библиотека, работа для инвалида

Не очень давно выхожу за сигаретами. После этого должен был садиться на троллейбус, ехать к метро, а потом на работу – все как обычно. Что будет дальше, тоже представлял очень точно: дом – работа – дом. Примерно раз в неделю порядок нарушался, но не очень сильно: дом – командировка – дом. Хотя в командировках бываю обычно не в таких больших городах, как Минск. Мне там дышать легче. Все-таки я родился в провинции, в бывшем районном городе, а теперь просто большом городском поселке. Чем хороша провинциальная жизнь? Только тем, что соседей справа, или слева, или через дорогу я знаю по имени, знаю, о чем с ними можно поговорить, а о чем лучше не стоит. Все очень просто – они знают меня, а я знаю их.

Город – действительно страшная сила. Можно жить в соседних домах со старым знакомым и не встречать его много лет. Иногда, правда, везет. Вот так я вышел за сигаретами и столкнулся нос к носу со Светланой Михайловной Морозовой. Мы с ней знакомы ровно четверть века, хотя были, так сказать, в разных весовых категориях. В 1990 году меня пригласили из той же самой провинции в одну большую газету, в «Звязду», а Светлана Михайловна там уже работала. Библиотекарем.

Сейчас библиотека в газете уже кажется каким-то анахронизмом, сейчас вообще любая библиотека кажется анахронизмом. Как же, век информационных технологий, компьютер заменяет отца, мать, братьев, сестер и просто друзей. Для очень многих молодых людей он заменяет даже Бога, настоящая жизнь становится как бы виртуальной. Компьютером я тоже пользуюсь, но в исключительно меркантильных целях – набрать материал. Слава Богу, жизнь для меня остается живой, со своими запахами, цветами и людьми.

Так что со Светланой Михайловной случилась встреча совсем не виртуальная, а человеческая. Минут десять мы вспоминали прошлое, а под конец условились встретиться у нее дома. Самое смешное во всем этом то, что дом Светланы Михайловны находится примерно в восьмистах метрах от моего. Одним словом, современный анекдот, иногда от такого анекдота выть хочется.

Что было на самом деле

История жизни Светланы Михайловны не есть какая-то сенсация. Самая обычная жизнь, не лучше, чем у других. Но в чем-то даже хуже. Она родилась в Минске, жила с родителями на ул. Богдановича. Надо сказать, Светлана Михайловна была обычной девушкой, если говорить о красоте, то лучше – о духовной. Так что замуж она не могла выйти довольно долго. Что поделаешь, мужчины в первую очередь думают не о духовной красоте, а о физической. Я не Бог, исправлять законы природы не умею, да и не хочу.
Свою половину Светлана Михайловна все же встретила. Звали половину Анатолий, как-то я его даже видел, но лично мы знакомы не были. Теперь уже и не увижу, 11 лет назад Анатолий умер, похоронили его в Михановичах.

– Далеко, – как-то просто говорит Светлана Михайловна, – ездить мне далековато…

За этой простотой скрывается уже давно пережитое горе. Тут я понимаю старую знакомую, ей 66 лет, у нас с ней разница в годах – 11 лет. К тому же, открою небольшую тайну: Светлана Михайловна – инвалид 2-й группы, она страдает маниакально-депрессивным психозом. Несмотря на устрашающее название болезни, ее формы бывают разные, более тяжелые или менее тяжелые. Скажем так, у Светланы Михайловны была легкая форма. При этом она могла работать в нашей большой газете библиотекарем. Здесь надо отдать должное бывшему главному редактору, Владимиру Брониславовичу. О нем теперь пишут разное, для меня он остается добрым интеллигентным человеком. Еще проще – он был человеком. При этом Владимир Брониславович знал о болезни библиотекаря, тем не менее, не испугался взять ответственность на себя. Время тогда было такое, отчасти сумасшедшее, отчасти время больших возможностей. Можно было достичь всего, но при этом все равно остаться человеком, а можно было достичь тоже всего, но человеком не остаться…

Вернемся к Светлане Михайловне. У них в семье было пятеро детей, и все девочки. Одна умерла еще маленькой, вторая была инвалидом и умерла много позже. Теперь живут трое – Рита, Валентина и Светлана. У всех дети, внуки, племянники и племянницы. Так, у Светланы Михайловны племянник живет в Праге, а племянница – в канадском Торонто. Если хотите – это отголоски крушения страны под названием СССР, результатом было то, что поменять место жизни было тогда легко. Его и меняли. Правда, многие все же вернулись или собираются вернуться. Но это уже совсем другая тема.

К сожалению, семейную жизнь Светланы Михайловны счастливой не назовешь. Она стала матерью, ее дочь Наталья сейчас работает музыкальным педагогом в детском саду. Вот только за все приходится платить, по-другому тут не скажешь. Заболела Светлана Михайловна после родов. За дочь ей пришлось заплатить здоровьем. Знала ли о возможных последствиях Светлана Михайловна? А какая теперь разница? Есть здоровая дочь, жизнь продолжается.

Другие подробности

Когда я только начинал работать в той газете, обратил внимание, что Светлана Михайловна ведет себя не совсем обычно. Как бы в своем мире, отгороженная каким-то невидимым барьером от всех остальных. Ну и что? – решил я. У меня уже был кое-какой жизненный опыт, к тому времени понял, что люди очень разные, что не нужно приспосабливать их к себе, лучше и гораздо продуктивней приспосабливаться к ним. Зато я продолжал любить библиотеки и бывать в них. Что ж плохого, если прямо на работе есть библиотека?

Одним словом, стал заходить к Светлане Михайловне. Иногда брал почитать что-то, чего не было в городских библиотеках. С другой стороны, между нами возник обычный человеческий контакт. Со Светланой Михайловной можно было поговорить на любую тему. О политике, самой популярной тогда теме – пожалуйста, о степени одаренности коллег, их профессиональных возможностях – ради бога. Она имела свое мнение по любому вопросу. Стоит ли говорить, что она читала нашу газету от корки до корки, знала, кто чего стоит, и не собиралась этого скрывать? Правда, я заметил у Светланы Михайловны одну особенность: свое мнение она высказывала только верным людям, тем, кого она знала и считала, что им можно доверять. Сейчас мне приятно сознавать, что ваш покорный слуга входил в это ограниченное число.

«Ты самый мне здесь дорогой человек!» – так сказал ей журналист, которого я тоже знал и уважал. Он умер, не дожив до пятидесяти. От болезни, характерной для творческих людей… Да вот хоронить его было не на что. Сразу нашелся человек, который бросил клич: «Пустим шапку по кругу, соберем деньги, похороним, памятник поставим гранитный!» Деньги вроде бы даже собрали, а до памятника, как всегда в таком случае, дело так и не дошло. Спасибо, что хотя бы похоронили…

Вообще последнее время стали один за другим уходить люди, когда-то составлявшие костяк газеты. Ну что ж, ничего удивительного – время есть время. Ничего более умного не скажешь. Приходится повторять вслед за китайцами: не дай вам Бог жить во время перемен…

История болезни

Потрясающая вещь, несколько лет Светлана Михайловна проработала в газете, живя, в общем, на небольшую зарплату библиотекаря. Все это время она не имела вообще никакой группы, значит, пенсии у нее не было совсем просто. Так, за это время она стала бабушкой, только с подарками внуку было не совсем. Наконец ее кто-то убедил: тебе нужно добиваться группы инвалидности. Светлана Михайловна послушалась. С тех пор визиты к психиатрам стали чуть ли не регулярными.

Время от времени болезнь обострялась. Светлана Михайловна ложилась в больницу, проходила курс лечения, приходила в себя. И возвращалась на работу.

– Я говорила психиатру: дайте мне хотя бы третью группу! – рассказывает Светлана Михайловна. – А она мне говорит, что мы тебя и так поддерживаем. Какая, мол, группа? А как, спрашиваю, мне жить? И на что жить?!

Все-таки Светлана Михайловна вымолила (другого слова не подберу) 3-ю группу с правом работы. Между тем, в газете своим чередом происходили перемены. На работе Светлану Михайловну оставили, но дали только полставки. Что ж, и на том спасибо. Потом пришел черед добиваться 2-й группы, и уже без права работы. Со временем сама библиотека испарилась.

Светлана Михайловна живет одна в однокомнатной квартире, которую завещал ей муж. Мы сидим у нее на кухне, поочередно вспоминаем детали той жизни, она уже не вернется. Остается только вспоминать.

Между прочим, у Светланы Михайловны неплохая, по нынешним временам, пенсия. Хождение по мукам принесло свой результат. Квартира не очень большая, но здесь сделан евроремонт, уютно и чисто.

– Свекровь завещала моей дочке свою квартиру, – делится Светлана Михайловна. – Только она сама стала почти что беспомощная. Дочка на работе целый день, а я езжу к свекрови сама, привожу ей продукты, помогаю, чем могу. У нее был инсульт, и зрения почти нет. Нужно делать операцию – катаракта. А это же денег стоит…

Жить вообще стоит дорого. Но Светлана Михайловна мне этого не говорила. Ее жизнь, по сути, не сложилась. Насколько я мог заметить, посыпать свою голову пеплом она не торопится. Ее философию  я понимаю так: что ж, раз в жизни не все выходит так, как хочется. Тебе дана жизнь, вот и живи, как умеешь.

Одним словом, осталось эту жизнь просто прожить…

Сергей ШЕВЦОВ

Фото автора

Комментарии

Авторизуйтесь для комментирования

К сожалению, мы обязаны идентифицировать Вас, чтобы разрешить публиковать отзыв.

С 1 декабря 2018 г. вступил в силу новый закон о СМИ. Теперь интернет-ресурсы Беларуси обязаны идентифицировать комментаторов с привязкой к номеру телефона. Пожалуйста, зарегистрируйте или войдите в Ваш персональный аккаунт на нашем сайте.