Не то время и не то место (История жизни Александра Михайловича)

Рубрики: Новости.

Сразу скажу, что герой этой публикации не захотел обнародования своей фамилии. Что ж, это его желание  нетрудно осуществить. Ваш автор побывал у Александра Михайловича. Историю его можно вместить в известную формулу: он родился не в то время и не в том месте. Впрочем, я тоже не смогу ответить на все его вопросы. Лучше изложить те обстоятельства, в результате которых суд признал его недееспособным.

Как все начиналось

Интересно рассказать, что стало причиной болезни. По словам Александра Михайловича, с 8 класса он усиленно занимался математикой, алгеброй, тригонометрией и прочими специальными дисциплинами. Он начал готовиться к будущей учебе. В том же 8 классе у него началась эпилепсия.

– Мне тогда медики говорили, что я слишком уж много занимался, – рассказывает Александр Михайлович. – Вот тогда бежал я 1000 метров… Вот тогда и началось.

Надо сказать, что Александр в свое время закончил электротехническое училище связи, а потом факультет радиофизики БГУ. Между прочим, учился он на вечернем отделении. Днем работал на авиаремонтном заводе, вечером учился. Там же работал его отец. С 1970 года Александр Михайлович состоит на учете в Минском психоневрологическом диспансере.

После окончания средней школы он просто сидел дома, никуда не пробовал поступить учиться или пойти работать. В 1971 году директор школы потребовал, чтобы Александр устраивался на работу, иначе, мол, будешь числиться тунеядцем. Хочу напомнить, инвалидность тогда так громко не афишировалась в обществе. Вы инвалид, это ваши проблемы, мы вас определим в какое-то медицинское учреждение, живите, лечитесь, лишь бы вас было не видно – примерно такое было отношение. Вас нет, и точка.

Так пришел Александр на  407-й завод, он же – авиаремонтный. Никто особо не смотрел на его болезнь. Вот тебе станок, вот тебе задание на смену – выполняй его. Даже отец говорил: ну, пусть побудет год, два дома, ничего, прокормим. Правда, районо, гороно требовали, чтобы все выпускники школ работали или учились. Александр поэтому и работал. Тут еще важным было то, что все его сверстники работали, достигали каких-то успехов. «А чем я хуже?» – думал 19-летний парень. В том же возрасте с ним случился эпилептический припадок, когда он возвращался с работы. Возле Козыревского кладбища он потерял сознание, примерно полчаса пролежал на земле. Хорошо, что дело было летом, а не зимой. Он мог просто замерзнуть…

Тем не менее, Александр не писал заявление о переводе на более легкую работу. Он хотел быть как все. Отец сказал: бросай работу, и с 1974 года сын сидел дома. И все же он все равно работал на авиаремонтном заводе, закончил училище связи, потом и радиофизический факультет БГУ. Был, так сказать, активным, вносил рационализаторские предложения – их не рассматривали, добивался справедливости – на это не обращали внимания. Одним словом, Александр Михайлович был инвалидом, но не совсем обычным, чересчур активным. Он теперь говорит, что от него хотели избавиться. Скорей всего, так оно и было. Потом наступил 1999 год, состоялся первый суд, где прокурор просил признать Александра Михайловича недееспособным. Суд так и сделал. Правда, заявлений от близких родственников не было, что вызывает сомнение в справедливости решения суда. Правда, если есть решение суда, я не вправе сомневаться в его верности.

Суд первый. И не последний

Заседание суда состоялось 21 июня 1999 года. Прокурор сама выдвинула иск о признании Александра Михайловича недееспособным. Основанием было заявление райздравотдела Октябрьского района Минска и представителей администрации авиаремонтного завода. Согласно справке комитета по здравоохранению городского психоневрологического диспансера выраженность и степень «психических изменений у гражданина Б. столь значительны, что лишают его возможности понимать значение своих действий и руководить ими». Медики посчитали, что в силу психического заболевания действия и поступки его предсказуемы.

Гражданин Б. состоит на учете в психоневрологическом диспансере с 1970 года. Диагноз там ему поставили такой: «Эпилепсия с общими судорожными припадками средней частоты, выраженными характерологическими изменениями личности». Что интересно, его уволили по сокращению штатов. Но при этом обходного листа Александру Михайловичу не давали. Кстати, на работе у него случался припадок. Он был у работающего станка. Почувствовав приближение приступа, успел выключить станок, дойти до курилки, а уже там упал на скамейку. Тем и спасся, так как пол был цементный, последствия могли быть печальными…

В ходатайстве авиаремонтного завода говорилось, что «гражданин Б. проникал в цеха повышенной опасности, пытался приобрести взрывоопасные материалы, угрожал расправой руководству завода и сотрудникам цеха». Пожалуй, самое любопытное то, что 17 мая 1999 года Александр Михайлович якобы проходил судебно-психиатрическую экспертизу за № 0729. Он утверждает, что экспертизы не было, он до сих пор не знает, какие вопросы ему задавали. В опасные цеха он тоже не проникал.

Несмотря на некоторые противоречия, суд решил: «Признать такого-то, проживающего по улице … недееспособным. Решение может быть обжаловано в Мингорсуд в течение 10 дней». Разумеется, Александр Михайлович обжаловал несправедливое, по его мнению, решение суда Октябрьского района.

Суд второй. Верховный

О дальнейших своих судебных приключениях Александр Михайлович подробно не рассказывал. Но я попросил у него решение Верховного Суда Республики Беларусь от 31 марта 2006 года. Очень любопытное вышло чтение. Позволю себе процитировать наиболее важные моменты слушания.

Самым важным было следующее: «Выводы судов нельзя признать правильными. Как видно из материалов дела, заявление в суд о признании гражданина Б. недееспособным было обусловлено сообщением Минского авиаремонтного завода о неадекватном его поведении на работе.

К участию в деле были привлечены представители Минского авиаремонтного завода и органа опеки и попечительства.

Гражданин Б. участия в рассмотрении дела не принимал.

На момент вынесения приговора гражданин Б. на заводе не работал, проживал с матерью и сестрой.

Суд к участию в деле близких родственников гражданина Б. и не привлек и не выяснил их  мнение по поводу заявления прокурора.

В результате решение суда осталось неисполненным и гражданин Б., являясь по решению суда недееспособным, не имеет опекуна и лишен возможности защищать свои права и охраняемые законом интересы.

При наличии таких данных состоявшиеся по делу судебные постановления нельзя признать законными и обоснованными, и они подлежат отмене.

При новом рассмотрении дела следует учесть изложенное, привлечь к участию в деле близких родственников гражданина Б., дать надлежащую оценку представленным доказательствам и в соответствии с законом вынести решение.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 439 ГПК Республики Беларусь, прошу: решение суда Октябрьского района  Минска от 21 июня 1999 г. и определение судебной коллегии по гражданским делам Минского городского суда от 26 июля 1999 года отменить, а дело направить на новое рассмотрение в тот же суд. Заместитель Председателя Верховного Суда Республики Беларусь В.Н. Вышкевич».

 

Суд третий. Последний?

Что ж, остается только согласиться с выводом В.Н. Вышкевича. Мне приходилось принимать участие во многих судебных заседаниях в 90-е годы. Действительно, суд был проведен немножко неряшливо, слишком поспешно. Александр Михайлович теперь считает, что прокурору, мягко говоря, «дали на лапу». Я так не считаю, у меня нет на это никаких оснований. Кстати, Александр Михайлович сейчас живет с 87-летней матерью и сестрой. Сначала мать получала пенсию сына, а потом и  теперь – сестра. Пенсия по нынешним временам не очень-то и большая, 2 млн 200 тысяч руб-лей.

В метро считают его удостоверение недействительным, в нем дубликат фотографии, сделанной после приступа у Александра Михайловича. К тому же, на фотографии он в шапке, что для таких фотографий недопустимо. Матери Александра Михайловича предлагали стать опекуном сына. Достаточно было взгляда на нее, чтобы понять – ей самой не помешал бы опекун.

Третий суд был проведен на уровне, инстанции учли все ошибки, сделанные на первом суде. Так, в заседании участвовали заинтересованные лица: представители авиаремонтного завода, поликлиники № 3 Октябрьского района, сам Александр Михайлович, его мать и его адвокат. Правда, решение не поменялось: Александра Михайловича все равно признали недееспособным.

В ходе процесса были оглашены результаты трех судебно-психиатрических экспертиз, 1998, 1999 и 2006 годов. Вот выдержки из психиатрической экспертизы 2006 года: «Гражданин Б. страдает хроническим психическим заболеванием в форме эпилептической болезни с выраженными характерологическими изменениями личности, интеллектуально-мнестическим снижением, наличием общесудорожных приступов средней частоты».

Александр Михайлович не удовлетворен судебным решением.

Решение Верховного суда? Собственно, речь там шла больше о нарушениях порядка ведения подобных дел. Третий суд подготовился обстоятельно. При всем желании помочь Александру Михайловичу не получается никаким образом.

Сергей ШЕВЦОВ

Комментарии

Авторизуйтесь для комментирования

К сожалению, мы обязаны идентифицировать Вас, чтобы разрешить публиковать отзыв.

С 1 декабря 2018 г. вступил в силу новый закон о СМИ. Теперь интернет-ресурсы Беларуси обязаны идентифицировать комментаторов с привязкой к номеру телефона. Пожалуйста, свяжитесь с нами, и мы зарегистируем для вас персональный аккаунт на нашем сайте.