2. Без ног. Но не на коленях Фрагменты из жизни Олега Синицкого

Когда ехал из Молодечно в Богдан, по вагону прошлась женщина в непонятной униформе. На спине красовалась всем знакомая надпись «Ваше лото». Поведение дамы немножко удивило. Она шла, ничего не говорила и ничего никому не предлагала. Да  на нее никто внимания и не обратил. Ходят продавцы газет и журналов, кофе и булочек, но они хоть издалека извещают о своем присутствии. А тут тишина. Вероятно, женщина и сама понимала, что на ее товар спрос сильно упал. Или вам нужны сто миллионов? Или миллиард? И вы станете счастливым? Олег Синицкий на лото не надеется. Он просто живет, как может. И как получается. Вряд ли он считает себя счастливым. У него нет ног. Зато есть сын. Ему этого хватает…

(Продолжение. Нач. в № 23.)

***

В конце деревни, один как перст, Олег все же не один. У него есть родители, отец и мать. Оба на пенсии. Отец 28 лет отработал на железной дороге, а общий стаж у него 42 года. Пенсия у отца всего 2 млн 200 тысяч. Казалось бы, железная дорога, могучее в финансовом плане ведомство, а пенсия вот такая. Не очень большая. О матери и упоминать не стоит. К тому же, она очень больна.

Олег, честно говоря, меня удивил: оказывается, у него есть брат, ему 15 лет. Разница в годах у них 20 лет. Почти такая же, как и у нас с Олегом. С братом мне все более-менее ясно, он последыш, т.е. последний ребенок в семье, наиболее любимый. О нем я Олега не расспрашивал, у нас была совсем другая тема разговора. Его жизнь в новом положении.

***

Его жена тоже живет в деревне. Правда, муж у нее уже другой. Скажем так, бывший лучший друг Олега. Теперь уже бывший. В общем, довольно распространенная ситуация: были жена и муж, был лучший друг. А потом Олег попал под поезд и лишился ног. Мне кажется, он не отчаялся, а пытался себя найти в новых обстоятельствах. Была возможность освоить профессию столяра, но для этого нужно было окончить 5-месячные курсы в Минске. Так, Олег учился в столице, а в это время отношения между лучшим другом и пока еще не бывшей женой развивались. Развились до такой степени, что жена от Олега ушла.

На бракоразводном процессе Олег вел себя достаточно сдержанно. Сейчас он вспоминает:

– Председатель суда тогда сказал мне, что всегда виноват муж. Теперь-то я это понимаю, а тогда не понимал. Что-то я не досмотрел, не всегда себя правильно вел. Если честно, то, наверное, виноваты оба…

Кстати, тот же судья очень удивился, когда Олег представил заявление с просьбой взыскивать с него алименты в пользу сына. Действительно, случай редкий. Особенно если Олег получал не очень-то и большую пенсию. Она у него 1 млн 700 тысяч рублей. Из этой суммы на руки он получает около 1 млн 200 тысяч. Вот как он сам об этом говорит:

– Я согласен платить алименты, я их плачу. Я люблю своего сына и всегда буду любить. Так что все нормально.

Что называется, слова настоящего отца. А вот с другом они практически не общаются. Хотя тут все понятно. Если уж разговор зашел о деньгах, то нужно рассказать и о следующей неприятной истории.

***

В декабре прошлого года Олег получил почему-то только половину своей пенсии. Причем, никто его ни о чем не предупреждал, никто ни писем, ни извещений не присылал. Олег подумал, что это какая-то ошибка, решил пока шума не поднимать. Но в январе прошлого года пенсия тоже была наполовину меньше. Олег начинает звонить в район. В Воложинском райисполкоме ему объяснили, что на него пришел исполнительный лист, образовалась задолженность в 1,5 млн рублей. Наконец, пришло соответствующее письмо.

В феврале опять пенсия получилась вдвое меньше. Что за комиссия, создатель? Какая задолженность, откуда она взялась? В конце концов, выяснилось, что произошла самая обычная бюрократическая ошибка. Слава Богу, в письме указали дату. Добрался до Воложина, пошел по инстанциям, все-таки добился правды. В районе просто не знали, что он работал. Удерживали с пенсии всю сумму. Хорошо, что Олег взял с собой трудовую книжку и доказал свою правоту.

А самое плохое в этой некрасивой истории то, что она произошла зимой. В прош-лую зиму Олег еще не нашел работу, сидел дома. Зимой в деревне Вольштановичи никто не собирается переделывать печку или строить ее. Зимой печки обычно просто топят. Словом, заработков у Олега не было. При этом получал он 800 тысяч, половину пенсии. Попробуйте прожить на эти деньги даже в деревне. При этом не забудьте, что запасов на зиму Олег сделать не мог. Другими словами, существовал с помощью магазинных продуктов. Много ли их купишь на 800 тысяч?

***

Отдельная проблема вышла с ногой. Нога вдруг ни с того ни с сего опухла и стала сильно болеть. Оказалось, что остался осколок кости, а если так, то боли не избежать. В Воложине встал вопрос об операции. Но Олег отказался. Причина очень простая – аллергия на определенные лекарственные средства. Зеленка, йод и так далее, трудно назвать, что не вызывало аллергию. Так ведь предстояла операция, а без даже йода никак не обойтись. Так где выход?

Олег нашел его сам – сделал себе операцию по удалению осколка. Для этого потребовались зажигалка, водка и бинт с ватой. Не скажу, что Олег сделал все идеально, он же не врач. Но осколок удалил. Как говорится, фантастика…

Свою операцию Олег прокомментировал своеобразно, но точно:

– Кто делает протезы, тот на них не ходит. Откуда ему знать все тонкости этого занятия? Куда поставить ногу, как ее поставить, чтобы не упасть…

Все правильно. С другой стороны, не отрезать же ногу мастеру-протезисту, чтобы полностью все прочувствовать? Протезисту просто надо подробно выяснить у заказчика все подобные вопросы. И делать протез в соответствии с пожеланиями инвалида.

***

Интернет и проблема информации. Зашел разговор и об этом. Например, я никак не мог дозвониться до Олега на обычный домашний телефон. Удавалось только пообщаться по мобильнику. Да и то не всегда. Олег объяснил, что домой приходит только часам к 9-10 вечера. Летом у него много занятий вне дома. Появляются заказы, да и во дворе, и в доме много чего нужно делать.

Как только мы встретились, сразу стало понятно все: во дворе у Олега разбита грядка. Все, что нужно для жизни в деревне, где за укропом не ходят на рынок, на грядке растет – лук, укроп, петрушка, редиска и прочая зелень. Олег сам вскапывает не очень большую грядку, сам сажает необходимое, сам пропалывает. Мне все это слишком хорошо знакомо, все-таки родился в городском поселке, где у каждого был огород, потому что без него в сельской местности не проживешь. Я только подумал: а как на протезах всем этим заниматься? Тем более, помощников у него нет, он живет один. Вот один он все и делает. Тут, правда, есть один момент.

Без интернета Олегу не обойтись. Ему нужна любая информация, особенно по интернету. Скажем, есть сайт, где полно информации о работе, кто и где требуется, возьмут ли инвалида, сколько будут платить и так далее. Поэтому Олег купил андроид. Я не очень в этом разбираюсь, но Олег сказал, что нашел в интернете нужный сайт. Регулярно туда заходит. А вот компьютера у него нет, он рассчитывает купить и установить его только к зиме. Зато в Вольштановичах интернет проводной. Уже хорошо. Надеяться на то, что кто-то поможет в чем-то – не приходится. Хочешь что-то сделать, делай сам, а помощи лучше не жди. Трудновато ее дождаться в деревне…

Картошку вот, правда, Олег не сажает, это для него трудновато. Отец ему сказал: тебе мешка три картошки на зиму надо – так я тебе сам привезу. Отцу легче, у него есть мотоблок. Олег тоже о нем мечтает. Мечты пока остаются мечтами: мотоблок стоит, насколько я знаю, дорого, Олегу вряд ли удастся скопить нужную сумму даже за несколько лет.

***

Те самые шпалы, уже дрова

Еще, продвигаясь по незнакомой местности к Олегу Синицкому, я подумал вот о чем. Все же это деревня, газ тут не проведен, значит, нужны дрова. И как решает проблему Олег?

– Так у меня ж отец железнодорожник бывший! Он хоть и бывший, но знакомства остались. Как это делается? Да очень просто, отец ставит человеку литр водки, а мне привозят машину старых шпал. Они все равно никому уже не нужны, а мне – дрова.

Знакомый мне способ. Олег сам их пилит-рубит. Или нанимает людей, которые в Вольштановичах  еще живут, но в городах уже как бы не требуются. Потому что, по выражению Олега, неумеренно пьют. Работы в деревне все равно никакой, поэтому найти таких помощников труда не составляет.

Кстати, машина дров в прошлом году стоила около 800 тысяч. Дрова уже готовые, их нужно только сложить в поленницы. Опять  хозяин ставит водку, и ему все сделают в лучшем виде. Так и выходит дешевле. Вообще, о пьянстве и алкоголизме Олег много говорил. Это действительно проблема. Особенно для инвалидов.

– В Молодечно я работал на заводе, там у нас много инвалидов было. Я и смотрю, люди молодые, по 25-30 лет, а к обеду они уже готовые. Ну, пьяные совсем…

Понятно, что потеря руки, ноги, а то и обеих ног ставит человека в критическое положение. Остаться человеком всегда трудно, инвалиду это трудней во много раз. По сути, будущее у него одно: или приспособиться жить инвалидом со всеми особенностями такой жизни, или опуститься, махнуть на все рукой. И спиться. Сильных людей всегда гораздо меньше, больше слабых. И они не выдерживают.

– Да есть тут у нас один, не инвалид, руки-ноги на месте. Жалуется мне как-то: никто, мол, на работу не берет… Я ему и говорю, ты хоть неделю не пей, приведи себя в порядок.

Олег не скрывает: у него тоже не все гладко было, мог давно спиться, всяко бывало. Все-таки взял себя в руки.

– Надо держаться и работать. За себя воевать надо, – так об этом говорит Олег.

В качестве примера Олег приводит такой случай. Парень тоже попал под поезд, естественно, не очень трезвый. Лишился руки и паспорта. По этой причине четыре года живет, так сказать, святым духом. Другими словами, не может себе оформить инвалидность и пенсии не получает. Его содержат родственники. Как могут при своих зарплатах и пенсиях, так и содержат. Для того, чтобы оформить инвалидность, чтобы назначили пенсию, первым делом нужно восстановить паспорт. А самым первым делом нужно бросить пить. Это самое трудное.

Вольштановичи – это как бы окраина колхоза, здесь из общедоступных удобств только одно – магазин. Есть еще клуб, точнее, то, что от него осталось. Стоит здание с выбитыми окнами. Когда-то тут были крутые дискотеки, сами парни установили здесь всю нужную аппаратуру, вроде цветомузыки. Собиралось много народа, клуб был битком. Что осталось? Здание, даже на рамы никто не позарился, стоят, как стояли. Наверное, некому их уже вынимать.

В центре колхоза есть и клуб, и ФАП, и магазин, и библиотека. А Вольштановичи, как было принято говорить в советские времена, – неперспективная деревня. Олег меня не удивил, когда убежденно сказал:

– Я все равно отсюда удеру. Нет тут жизни никакой. А так жить я не хочу. Найти б только работу. Да еще хорошо бы, чтобы было общежитие…

Мне кажется, у Олега все получится. По той простой причине, что он сам хочет. Остается только пожелать ему удачи.

Сергей ШЕВЦОВ

Фото автора

Комментарии

Авторизуйтесь для комментирования

К сожалению, мы обязаны идентифицировать Вас, чтобы разрешить публиковать отзыв.

С 1 декабря 2018 г. вступил в силу новый закон о СМИ. Теперь интернет-ресурсы Беларуси обязаны идентифицировать комментаторов с привязкой к номеру телефона. Пожалуйста, зарегистрируйте или войдите в Ваш персональный аккаунт на нашем сайте.