1. Без ног. Но не на коленях (фрагменты из жизни Олега Синицкого)

Рубрики: Новости.

На первый взгляд, задача была элементарная: доехать до Молодечно, потом до станции Богдан. Дальше пройтись пешком каких-нибудь четыре километра. В конце путешествия была деревня Вольштановичи. Там и живет герой этих записок, Олег Синицкий. Звонил он нам два раза. По не зависящим от нас причинам встретиться удалось не сразу. Но удалось. Мне запомнился этот длинный день. Получил сильный эмоциональный заряд, его надолго хватит. А также отдохнул душой в той первобытной тишине. Как будто выпил кружку родниковой воды.

***

На двух поездах эконом-класса до станции Богдан добрался легко и без проблем. Зато добраться до нужной деревни было одной сплошной проблемой. Я же говорю – экстрим. Стоит напомнить, что я бродил по территории Западной Беларуси. Это местность особая. Как в географическом, так и в историческом смысле. Где-то здесь начинается новогрудская возвышенность. Тихая красота здешних мест то и дело заставляла останавливаться и делать снимки. Не для газеты, для себя.

Заросшие лесом холмы, редкие живописные поля, вспухающие ниоткуда нежно-зеленые кустарники. И тишина. Привыкшему к постоянному скрежету и вою города, первое время мне даже голову ломило от этой тишины. Ничего, привык. Ко всему привыкаешь, даже к тишине.

***

По пути к Олегу Синицкому пришлось поплутать, прошелся по лесной дороге. О чем не пожалел. Высоченный глухой лес, березы, сосны, ели, осины, густой подрост снизу. Тишина в нем дополнилась сыростью и запахами леса, от которых кружилась голова. Дорогу перебежала косуля, легкая, стремительная. И живая!

Как бы то ни было, к дому Олега я все-таки вышел. Слава Богу, ориентиры мне подсказали: зеленая хата и две спутниковые антенны на фронтоне. У крыльца стоит высокий стройный мужчина, улыбается. Даже ущипнул себя за мочку уха, что-то не то, думаю. Может, опять заблудился? Я-то ожидал увидеть человека в инвалидной коляске с привычно-тоскливыми глазами. Тут стоит высокий мускулистый красавец, да еще улыбается. Какой-то нестандартный инвалид, воля ваша.

В общем, хватит интриговать и напускать туману. Прошу любить и жаловать, Олег Синицкий, 35 лет, инвалид 2-й группы по причине отсутствия обеих ног. Ходит на протезах, ездит на велосипеде. Живет на краю деревни Вольштановичи Воложинского района. Один. Таковы общие сведения. Пора переходить к конкретике.

***

А было вот что. Олег тогда работал в местном лесничестве. 1 сентября 2003 года в их бригаде случилось маленькое несчастье. Сразу у двух работяг в один день были дни рождения. Все бы ничего, да Олег двинулся домой не обычной дорогой, а железной. Поезда здесь ходят редко, но, как говорится, метко. Вот так они и встретились, Олег Синицкий и пассажирский поезд. Поединок закончился со счетом 2:0 в пользу поезда. Олег лишился обеих ног. Прошло почти 11 лет, и Олег вспоминает достаточно спокойно:

– Мне еще повезло. Был бы грузовой поезд, то…

Понимаю. Теперь бы не с кем мне было говорить. Умное тут скажешь только одно: в жизни человека ничего случайного не бывает. Это нам просто кажется, что случайно. Действительно, Олегу повезло, поезд остановился, мужчину положили в багажный вагон, а на станции Воложин уже поджидала «скорая помощь». Все было оперативно. Ампутацию делал сам заведующий отделением, наиболее толковый врач. Операция длилась 4 часа. Железнодорожные травмы опасны тем, что раны очень грязные. Мазут, щебенка, песок – умереть можно от заражения крови. Но Олега спасли. Спасителя зовут Владимир Николаевич Пыжик, заведующий отделением Воложинской районной больницы. «Парень молодой, 23 года. Должен выкарабкаться», – так заключил потом врач. Так и вышло. Олег выжил и живет. Правда, в его жизни проблем только прибавилось…

***

Одним словом, первая часть экстрима закончилась более-менее, Олег остался жив, только без ног. Потом без перерыва наступила часть вторая, не менее экстремальная. Нужно было только жить. А как? И чем заниматься? Каким образом остаться человеком, не впасть в ступор?

Когда раны зажили, наступила вторая серия этого боевика: сделать протезы и приспособиться пользоваться ими. «Вторые» ноги Олегу делали в Минске, на протезном заводе. По известному мне адресу, на ул. Одоевского. Попытка поговорить с главным инженером завода в свое время закончилась для меня неудачей. В таких случаях не отчаиваюсь, вспоминаю белорусскую пословицу: «Не пнём аб саву, дык савой аб пень». Вот Олег и рассказал мне о некоторых нюансах работы протезного завода.

– Там своя специфика, – вспоминает Олег. – Летом почти все опытные слесаря идут в отпуск, некому работать. Вот мне протезы делал Дима Попов, хорошие протезы. Он в отпуске, другие в отпуске. Кто будет делать, кто знает, как надо делать? Набрали людей, работать надо, а опыта нет. При мне был случай, когда человек из другого города отлежал 30 дней, а протезы ему так и не сделали. Так он добрался аж до директора завода… Сделали протезы.

Никуда не денешься от экономики. Как всегда, первыми страдают инвалиды. Не хватает токарей-слесарей на обычном заводе, с этим можно мириться. Только не на протезном. Кроме металла здесь живые люди, кто без руки, кто без ноги. По идее, они ждать не должны. По жизни получается наоборот. Вот такая специфика работы. Ничего нового. Нет людей на заводе – страдают те же люди. Но уже инвалиды.

***

 – Олег, как я понял, в деревне работы нет никакой?

– Ну почему? Есть колхозная бригада. Там надо камни на полях собирать, короче, полеводство. Можно было бы, конечно…

Но не нужно. Я представил, как Олег ходит на своих протезах по здешним полям. С одной горы на другой холм. Нет, это нереально. Поэтому он самостоятельно освоил профессию печника, всегда востребованную в любой деревне. Необходимый первый опыт получил на собственной печке, возле которой я и сидел. Олег сложил ее сам. Надо сказать, печка была не ахти, эстетического наслаждения не доставляла. Ну и что? Первый блин, как положено, выходит комом. Зато печка греет и не дымит. Так сказать, учебная печка.

– Не святые горшки лепят, – улыбается Олег. – Так и научился…

Вторая печка вышла тоже не очень. И третья. Зато появился опыт. А потом пошло-поехало. Теперь Олег делает печку соседу. Перед моим приездом он ее разобрал, сам вынес строительный мусор. Сегодня у него выходной по случаю приезда корреспондента. А завтра Олег займется непосредственно печкой. Я подумал: не стоит слишком задумываться над жизнью, рефлексировать. Лучше жить и честно делать свою работу. Иногда размышления жить только мешают…

Даже нахожу некоторое сходство наших характеров. Я вот тоже, когда пишу, тогда живу. Правда, если не пишу, то все равно готовлюсь писать. Скучать совершенно не умею.

***

Когда шел по деревне, использовал язык как средство достижения Киева. Встретил только двух парней, они обкашивали чей-то двор. Спросил дорогу к Олегу. Мне подробно объяснили, хотя я так и не понял, куда идти. Еще встретилась женщина, она поздоровалась и сразу спросила:

– Вы кого ищете? А, Олега… Ну, он говорил, что к нему кто-то приедет.

В общем, язык до Киева все же довел. Иду и вижу брошенные дома, заколоченные ставни. Чем дальше, тем больше. Делаю вывод, что деревня-то вымирает. Поэтому появление нового человека – это событие. Позже Олег подтвердил:

– Народа осталось мало… Все уезжают. Кто в Лиду, а больше в Молодечно. Кто тут остался? В основном одинокие старики. Вот когда лето начинается, тут много детей. Приезжают семьями. Все оживляется. Зимой тут такая тоска…

Зимой тут просто не с кем поговорить. Когда у Олега была своя семья, свое хозяйство, корова, свинья, куры, – он об общении сильно не задумывался. Было некогда. А вот когда развелся с женой, остался один, – то и задумался. От сына остались игрушки. После ежегодной смены протезов, Олег приезжал домой, видел эти игрушки и сжимало, сжимало сердце…

Зимой Олег старается перебраться в город. И устроиться на работу. Когда-то от безденежья и тоски он решил ехать в Минск, искать работу. В Молодечно встретил знакомого, вместе меняли протезы. Разговорились. Знакомый все понял и предложил идти к ним на завод. Так Олег и нашел работу. На заводе брали инвалидов, чтобы получить льготы по налогам.

Его взяли столяром в административно-хозяйственный отдел – АХО. Сначала оклад был небольшой, всего 800 тысяч. И опять Олегу встретились порядочные люди. Директор завода знал свое дело и давал заработать. Вскоре Олега перевели в рабочие по обслуживанию здания. Оклад вырос почти в два раза, премиальные тоже. Общий доход составлял уже 3 с небольшим млн рублей. Однажды, перед Новым годом, Синицкий получил аж 4 миллиона.

Но уволиться все же пришлось. Удалось устроиться на завод товарищества инвалидов по зрению. Все там нравилось Олегу, все получалось. Самое главное,  было общежитие. Каждое утро приезжал автобус, вез на работу. Вечером увозил, лучше не придумаешь. Но важней всего было то, что имелось собственное койко-место. И было общение, которого в родной деревне так не хватало.

К сожалению, на заводе сменилось руководство и дела пошли не так красиво. К тому же, был дом в деревне, за ним нужно смотреть, ремонтировать и просто отап-
ливать. Если в доме не живет человек, дом быстро приходит в упадок и разрушается. Поэтому у Олега сейчас очень простая мечта. Мечтает он о том, чтобы устроиться в Молодечно сторожем. Хорошо бы еще найти работу с графиком: сутки дежурить, а двое дома.

– А возьмут тебя?

– Возьмут. Я даже социальным работником одно время был. Жена была соцработником, да пошла в отпуск. Правда, мне дали только 75 % ставки, у меня 7-часовой рабочий день. Отдел кадров уволить меня не имеет права. У меня еще нормально вышло: 2-я группа, 7-часовой рабочий день, право работать есть.

Каждый год, напомню, Олег лежит в госпитале протезного завода.  Интересную, но невеселую новость сообщил он мне. Последние 10 лет в Беларуси резко пошла вверх кривая сердечно-сосудистых заболеваний. Как следствие, закупорка вен, а потом ампутация. И каждый раз первичных больных все больше. 45, 50, 55 лет –вот обычный возраст больных. При этом вторая нога или рука тоже начинают отказывать, на них приходится большая нагрузка. Часто вынуждены расстаться и со второй конечностью.

– Так что я своей группой доволен, – говорит Олег.

М-да… По крайней мере, не придется делать ампутацию, Олегу сделал ее поезд. Плохая шутка, но ничего в голову не пришло…

***

На выходные Олег забирает сына к себе. Он сына любит, это видно невооруженным взглядом. С сыном они ездят на папином велосипеде. Папа сына, конечно, балует. Покупает конфеты, мороженое, кока-колу. На все это в выходные уходит 150-200 тысяч. Ему как-то сказали, что, мол, и так платишь алименты. Все просто: Олег отец, у него есть сын. А у сына есть папа, который его любит. Что тут объяснять и кому?

В прошлом году сын приехал к отцу на собственном велосипеде. Как всегда, попросил мороженого. Поехали. Магазин был закрыт. Поехали в Богданов. Жарко было. Олег засомневался: «А ты выдержишь?» Сын ответил в духе отца: «Ничего, прорвемся». Так и поехали. Так и вернулись.

Сына я видел только на фото. Все же, думаю, не ошибусь, если скажу, что яблоко от яблони падает недалеко. Опять убеждаюсь: Бог что-то у человека отбирает. Но и что-то дает…

– Колодец чистить надо, – говорит Олег. – Наберешь 2-3 ведра, а потом грязь одна.

– И ты будешь сам чистить?

– А кто еще? Сам, конечно.

Вот тут он весь, тут вся его жизнь. В двух обычных словах: сам, конечно. И на сегодня, пожалуй, хватит.

(Окончание в сл. номере).

Сергей ШЕВЦОВ 

На снимках: хозяин Олег Синицкий у родного крыльца; грядки; вид со двора.

Фото автора

 

Комментарии

Авторизуйтесь для комментирования

К сожалению, мы обязаны идентифицировать Вас, чтобы разрешить публиковать отзыв.

С 1 декабря 2018 г. вступил в силу новый закон о СМИ. Теперь интернет-ресурсы Беларуси обязаны идентифицировать комментаторов с привязкой к номеру телефона. Пожалуйста, зарегистрируйте или войдите в Ваш персональный аккаунт на нашем сайте.