Жизнь дорожает. Смерть – еще больше…

Рубрики: Новости.

Мне не хочется повторять то, о чем люди и так всегда помнят. Это очень деликатная тема. В смысле, все там будем и так далее. Кто-то будет далее, кто-то ближе. Как всегда.  Только конец все равно, независимо от нашего желания, наступит. Никто не избежит. Так что в этом случае люди с ограниченными возможностями ничем не отличаются от людей с возможностями безграничными. Скажем, и Сталин, и Гитлер в таком понимании ничем не отличались от самых своих рядовых солдат. Которые гибли в окопах с именем своего очередного вождя. Или молча, беззвучно.

Однако закончим с биолого-философским вступлением. Перейдем к делам сугубо земным. Сколько это стоит для всех? И есть ли у инвалидов какие-то особые права?

Ритуальные услуги – 1. Что по чем

Честно говоря, автор не есть поклонник красиво-высокопарных рассуждений о бытии-небытии. Безусловно, здесь имеется широкое, прямо необъятное поле для всевозможных обобщений, заключений и силлогизмов. Они не стоят ничего. Смерть очень конкретная штука. Например, в советских концлагерях жили по очень простому принципу: умри ты сегодня, а я завтра. Подозреваю, что лагеря любой другой страны мало чем отличались от наших. Простите за неизбежное отступление. Пора переходить к конкретике.

Мне  кажется, всем людям в столице известен этот адрес – ул. Ольшевского,10. Там расположен так называемый спецкомбинат, учреждение, которое профессионально  занимается проводами умершего человека в мир иной. Естественно, не за спасибо. Для всех интересующихся сообщаю номер справочного телефона спецкомбината на Ольшевского – 173. Звонок бесплатный, за него никто с вас не возьмет ни копейки. Возьмут потом. Но уже не с вас. Так что, звоните. Опять получается один черный юмор…

Первым делом, я позвонил сам. На вопрос, где мне придется хоронить моего мнимого покойника, мне вежливо ответили:

– Вы собираетесь хоронить в уже имеющейся могиле? Там есть памятник? Тогда его нужно убрать. Так памятник есть?

– Сколько это будет стоить?

– Тут все зависит от того, что скажет заведующий кладбищем или смотритель.

Заведующий кладбищем, что ж, звучит любопытно. Хотя и непривычно. Вообще, переместиться на тот свет уже непривычно.

– А сколько стоит, простите, гроб? Ну и все остальное, сопутствующее.

– Есть разные гробы. От миллиона и выше.

– Миллион?! Но есть и дороже?

– Есть. Это зависит от внешней и внутренней обивки, от материала. Да вы приезжайте, посмотрите, подумайте.

– Спасибо. Я пока подумаю. А скажите, место на кладбище можно купить заранее?

– Ну, разумеется. На столичном Западном кладбище двухместный участок выделяется бесплатно. Остается только выкопать могилу, но этим занимаются наши работники. Это будет стоить порядка 800 тысяч. Вам нужно уточнить на месте.

Большое спасибо. Как-то пока не хочется.

– Но ведь нужны венки и все прочее? Скажите, сколько стоит венок?

– Знаете, цены разные. Есть венки и по 150 тысяч. А есть и по полтора миллиона. Все же, вам нужно подъехать, посмотреть, оценить.

Что же я мог ответить? Во всяком случае, первую общую информацию получил. Углубляться… как-то не хотелось. Всякие вредные мысли возникали. Лучше, подумал я, пойти в обычный (!) магазин ритуальных принадлежностей и все там узнать.

Ритуальные услуги – 2

Сейчас эти самые услуги встречаются в столице чуть реже, чем услуги стоматологические. Не скажу, что на каждом углу, но в каждом втором торговом центре магазин таких специфических услуг есть. Вам достаточно только помереть. Всего лишь. Дальше о вашем бренном теле есть кому позаботиться. Правда, цена может быть самой разной.

Не долго думая, я отправился через дорогу, где и был магазин ритуальных услуг. Лет 15-20 назад тут был обычный КБО, комбинат бытовых услуг. Ныне обслуживание населения возросло невиданно: от ремонта ювелирных изделий до… ритуальных услуг. Как говорится, двадцать два в одном. Ритуальные услуги занимают небольшую комнату. Она забита венками, гробами, крестами… тут лучше использовать данную мне визитку. В ней сказано: венки, корзинки, подписывание лент (5 минут), гробы, кресты, подушки, покрывала, рушники, шарфы и т.д. А также: помощь в организации транспортных услуг, организация похорон. Полный набор услуг. Захожу внутрь, изучаю ритуальные принадлежности и цены на них. Вот гроб из обычных досок, думаю, из ДСП, стоит 860 тысяч. Есть рядом и более комфортабельное последнее жилье, оно покрыто благородным лаком, под каштановый цвет. Стоит уже 2 млн. 100 тысяч рублей. Однако, и это не предел совершенства, если в этом случае можно так сказать. Наслышанный о дубовых гробах, осторожно интересуюсь у продавца:

– Что ж, есть изделия и дороже?

– А как же. Скажем, дубовые гробы, стоят от 6 миллионов. Да вы его, – продавец критически оглядывает меня, – вряд ли потянете, они очень тяжелые.

– А почему именно я? На это есть другие люди. А, кстати, сколько стоят ваши транспортные услуги?

– Это смотря что. Вы хотите катафалк? Будет стоить около 1 миллиона 100 тысяч. Ну и автобус для сопровождающих нужен? Тогда все будет стоить дороже.

Тем временем, продолжаю изучать изделия и цены на них. Вот венки. Впечатляют многоцветием, а также разбежкой цен. Есть довольно скромный венок стоимостью всего 105 тысяч, а рядом другой, побольше и поцветистей, стоит 3 млн 50 тысяч. Лента с фамилией усопшего обойдется вам в 20 тысяч. Табличка с той же фамилией на крест уже стоит 60 тысяч. Я так старательно записывал цены, что продавец что-то заподозрил. Раскрыл он меня тогда, когда я поинтересовался ценой православного и католического крестов. Между прочим, православный стоит 205, а католический – 195 тысяч. Сообщив это, продавец спросил вкрадчиво:

– А вы, случаем, не лазутчик? Кого вам надо хоронить, православного или католика? Э-э-э…

– Человека, – не моргнув глазом, ответил я. – Разве этого мало?

Мужчина поднял большой палец и крякнул. Стоило ему говорить, что я имею в виду инвалида? Нет, не стоило. Поэтому, думаю, ответил правильно – человека. А как вы считаете?

Никаких льгот тут никто не имеет. После похорон тот, кто хоронил (самый близкий по родственности человек, кто нес все расходы) получает пособие от государства в социальной службе. Оно зависит от размера средней зарплаты по стране на момент похорон. В данном случае, это от 5 до 5,5 миллиона рублей. Вот и все льготы. Что для инвалида, что для всех остальных.

А если умер муж-инвалид у жены-инвалида? Или наоборот? Если у них никого нет? Тогда похоронит государство. Но уже не в дубовом гробу. Впрочем, какая разница…

Кладбище и пандус: две вещи несовместимые?

С 1 января 2013 года в России вступил в силу ГОСТ на организацию и проведение похорон. ГОСТ новый, а кладбища старые. Этот вопрос возникает сразу. Что в России, что в Беларуси, многим кладбищам по много сотен лет. Там лежат несколько поколений наших предков. Культура захоронений складывалась веками. К концу ХХ-го столетия, наконец, заметили, что кроме здоровых людей есть и инвалиды.

Теперь побывайте на любом столичном кладбище, мысленно посадите себя в инвалидную коляску или встаньте на костыли, а потом попробуйте добраться до родной вам могилы. В очень многих местах коляска просто не пройдет, а костылями легко за что-нибудь зацепиться. И стать во второй раз человеком с ограниченными возможностями. Уже с более ограниченными. Впрочем, можно стать и прямым кандидатом на законное кладбищенское место. Как повезет.

Новый российский ГОСТ гарантирует инвалидам доступ к могилам и другим ритуальным объектам. Объекты должны быть оборудованы специальными приспособлениями. Например, пандусами. Прочитал и невольно рассмеялся. Кто думал о пандусах в прошлом или в позапрошлом веках? Разумеется, в аналогичном нашем документе об инвалидах сказано все, что положено в таком случае. Правда, правильный документ и реальная возможность инвалида добраться до нужного места – это две разные вещи. Кто ему будет помогать пробираться в закоулках необъятного кладбища? Работники кладбища? А их и так не очень много…

Словом, если подвести черту под моими рассуждениями, то выходит, что мы вынуждены пользоваться тем, что нам оставили предки. И никто тут, кроме госпожи Истории, не виноват…

Недалеко от нашего дома, на ул. Белецкого, расположено сельское кладбище. Оно закрыто еще в прошлом веке. Там, впрочем, можно найти могилы и позапрошлого века. На Радуницу сюда приходят люди, поднимают поминальную чарку. Ежедневно ее поднимают и в живописных окрестностях. Среди местных алкоголиков кладбище известно как «ресторан Кресты». Выпивающих граждан можно увидеть каждый день, но за 25 лет я не видел на кладбище ни одного ритуального, так сказать, работника.

Кладбище закрыли, забросили и забыли. О каких пандусах можно говорить?..

Уйти в дым

Среди индийских буддистов принято сжигать тела умерших на костре. В Беларуси приверженцев этой экзотической веры не очень много. Мода была, но она прошла. У нас приняты два главных ритуальных захоронения – православное и католическое. От еврейских обычаев остались только кладбища, да и то, в довольно плачевном состоянии. Есть еще татары, но за своими обычаями они следят сами.

Кстати, кремация у нас не очень популярна – традиции есть традиции. Тем не менее, и такой способ похорон у нас тоже есть. От передовых стран мира мы тут не отстали. У нас такой способ был даже популярен, особенно в 1941-45 гг. Правда, о наших желаниях никто особо и не спрашивал: сжигали живьем. Вместе с деревней…

Все же, вернемся к теме. Тема все та же: что и по чем, и как на этом фоне смотрятся инвалиды. В справочной службе со мной поделились и такой информацией. Чтобы умерший «прошел» в крематории известную процедуру, нужно заплатить 1 млн 700 тысяч рублей. Но это еще не все. Урны с прахом принято замуровывать в специальную стену. Это такое кладбище, колумбарий. Извольте выложить еще 3,5 млн рублей. И опять не все. Желаете, чтобы было прилично и немножко даже помпезно? Ради бога, за катафалк надо заплатить еще 800 тысяч рублей. Можно воспользоваться транспортом. Все остальные принадлежности для проведения в последний путь покойного, естественно, тоже за ваш счет.

Последний вопрос, который я задал справочной даме был традиционным:

– Имеют ли инвалиды какие-либо льготы?

– Никаких.

– Значит, перед смертью все равны?

– Да.

Об этом я как-то и сам догадался. Как говорится, все люди разные только при жизни. Имеют льготы и так далее. В другом мире все действительно равны…

Единственное место, где люди с ограниченными возможностями имеют преимущество перед другими – это дом-интернат. Одна старая знакомая сообщила по телефону:

– У нас хоронят за счет государства. Ну, если родственники хотят сделать это сами, то это их право.

Думаю, лучше всего завершить такую опасную тему высказыванием Габриэля Гарсиа Маркеса: «Благополучная старость – это умение договориться со своим одиночеством…».

Сергей ШЕВЦОВ

Фото Андрея ШЕВЦОВА

Комментарии

Авторизуйтесь для комментирования

К сожалению, мы обязаны идентифицировать Вас, чтобы разрешить публиковать отзыв.

С 1 декабря 2018 г. вступил в силу новый закон о СМИ. Теперь интернет-ресурсы Беларуси обязаны идентифицировать комментаторов с привязкой к номеру телефона. Пожалуйста, зарегистрируйте или войдите в Ваш персональный аккаунт на нашем сайте.